Мирка (inkogniton) wrote,
Мирка
inkogniton

  • Mood:

Коровы, удобства, козы.

Восемь с половиной лет назад - какой ужас, пока не говоришь вслух, кажется, что прошло меньше времени, - я летала в Россию к друзьям и родственникам. Все ужасы оформления этой поездки я уже описывала - я сейчас не об этом. Мой замечательный друг ещё по телефону меня предупреждал, что это лето я проведу в домике в деревне. Я девочка городская, деревню видела по телевизору, да и то.. Что то, спрашивается. А то, что деревня, которую показывали по телевизору, это деревня из старых советских фильмов - такое замечательное место, где всякие любови случаются. Про всякие разные каждодневные заботы там не говорилось. Нет, когда более умудрённые друзья узнавали о том, что я собираюсь провести лето (часть его, но не столь важно) в деревне, со мной проводили всякие разъяснительные работы. Например:

- Ты с ума сошла! Ты не выдержишь. Ты избалованная. А там, между прочим, ни тебе ни душа, ни тебе туалета...
- Как это нет туалета?, - раскрывала глаза я так широко, что возникала опасность, что они навсегда останутся в таком странном положении.
- А вот так - на улице. А ты что, думаешь, там в доме тебе душ и шампанское?
- Не может такого быть!, - искренне возражала я, - Точно туалет в доме - иначе как вообще жить? Не надо меня тут пугать!

Деревня меня встретила обычной деревенской коровой, которая мирно стояла прямо перед машиной и никого не трогала. Она, может быть, и не трогала. Но я, своим криком, точно оглушила всех местных жителей. Кажется, и эту корову тоже. Я сопротивлялась и отказывалась выходить из машины - призывала всех включить здравый смысл. Объясняла:

- Ну, я вот сейчас выйду, а она набросится на меня и покусает!, - и делала страшные глаза, размер которых должен был отразить весь ужас происходящего.
- Ты когда-нибудь видела кусающихся коров?, - пытаясь откровенно не захохотать, параллельно делая попытки извлечь меня из современного чуда техники, спрашивали мои друзья.
- Конечно, видела!, - я до сих пор помню, как я бегала по коровнику в первый мой день в кибуце.
- Кусающихся?, - ещё раз уточняли мои друзья...

Наивные - они же не знали о том, что я быстро убегала, тем самым не допуская, чтобы меня покусали.

- А посмотрите на её зубы, - взывала я к их рассудку, - вы знаете, как можно укусить такими вот зубами?!, - на слове "как" я раскрывала глаза ещё шире, хотя и казалось, что шире некуда.

В конечном итоге, из машины меня извлекли. Особенно следует отметить, что даже не пришлось прибегать к помощи автогена. Ещё более особо следует отметить, что корова не пострадала. Впрочем, может быть она оглохла - это я допускаю.

После пережитого страха, мне, естественно, понадобилась женская комната - попудрить носик. Я же даже представить себе не могла, что эта самая комната, таки не комната, а какое-то странное деревянное строение, находящееся посреди плантаций моркови, капусты и прочих флор. Странное строение изнутри имело, прямо скажем, удручающий вид. Особенно для городской девочки - где мои любимые зеркала, раковина и прочие прелести жизни? Ладно, не надо зеркал. Где унитаз, я вас спрашиваю? Вот это отверстие - это что? Проверка меня на снайперское попадание с коротких расстояний? Это как? Где моя книжная полка? Где хотя бы свет? Почему нет электричества?

Выходила я оттуда в расстроенных чувствах. Попытка найти душ в доме тоже провалилась. Его не было. Я искала - честно. Его нигде не было. Ни на подушке, ни под подушкой. Была баня. В которой надо было мыться, поливая себя кружкой из тазика. И как, я спрашиваю, я буду совершать свой традиционный обряд омовения по утрам?

Посреди огорода было небольшое крытое строение - парник для огурцов. Когда, той же ночью, я встала дабы пойти в женскую комнату, раздался приятный женский голос, принадлежащий хозяйке дома:

- Дорогая, не иди до туалета - темно, пол-огорода помнёшь - иди в парник. Заодно, землю удобришь...

Огурцов, как можно догадаться, я больше там не ела. На следующее утро, меня послали нарвать морковки и лука на салат - две-три штучки каждого. Я не буду описывать почти сердечный приступ, который почти случился у хозяйки дома, после того, как вместо лука я выкорчевала какие-то невероятно редкие луковицы, невероятно редких цветов. Я сразу перейду к морковке. Кто же знал, что эта зараза так крепко сидит в земле? Мне же даже не дали почитать никаких инструкций по её выдёргиванию. Тянет-потянет, вытянуть не может - так можно кратко описать процесс, который назывался "я дергаю морковку на салат". Но и это не самое страшное во всём этом. Самое страшное, что мне никто, ни намеком, ни словом, ни полсовом, не сообщил, что если у морковки оторвать эти самые, сверху растущие листики, то она немедленно умирает смертью храбрых. Я же хотела как лучше - поэтому, когда у меня, вместо морковки, в руках оказывались эти зелёные штучки, я, как порядочный человек, немедленно закапывала их назад - оттуда, откуда выдернула. Нет, пара целых морковок, кроме тех, которые я таки смогла вытащить полностью, остались неповреждёнными.

Следует отметить, что если бы меня так сильно не любили обитатели данного дома, они убили бы меня в первый же час пребывания в нём. То, что я до сих пор жива, говорит, несомненно, о том, что их любовь не знает границ - просто в пределах неразумного. Они не отчаивались. Считая меня умным человеком, они искренне верили в то, что при должном терпении, они смогут научить меня премудростям деревенской жизни. Иначе я не могу объяснить, почему они так настаивали, чтобы я лично доила козу. Коза сопротивлялась и пылала значительно меньшим энтузиазмом, нежели хозяева дома, за этим наблюдавшие.

Пару раз в неделю мы возвращались в город - мне звонило пол-Израиля и надо было быть у телефона. Я и мои подруги договорились разговаривать на иврите - вернее, я говорю на иврите, а они отвечают по-русски. Чтобы я могла свободно рассказывать все секреты, не боясь быть услышанной и понятой. У нас была даже целая система кодов придумана. Именно поэтому, когда я в телефон сообщила:

- Я вчера доила козу!,

моя подруга замолчала на пару секунд и задумчиво переспросила:

- Ты этим что хочешь сказать?
- Только это и хочу, - обречённо-ненормально выкрикивала я в телефон, - я доила козу, понимаешь?
- Понимаю... Но я не помню - это что обозначает по нашей системе?, - терпеливо выдерживала мой приступ сумасшествия подруга.
- Ничего не обозначает! Обозначает, что я! Доила! Козу! Я, понимаешь? Доила, понимаешь? Козу, понимаешь?
- Ты?!, - подруга начала понимать масштаб трагедии, - Кого ты доила?
- Козу!, - гордо отвечала я, предпочитая не рассказывать о мучениях бедного животного.
- Угу... Ты... Доила... Козу...

Почему-то, в этот момент прервалась связь. Просто, видимо, она не выдержала такого известия - не подруга, связь. Впрочем, подруге было ещё хуже, чем связи. Перезвонив через пять минут, она, задыхаясь и только укая, прокричала в трубку:

- Бедная коза! Не дои её больше! И, кстати, ты уверена, что это была коза?!

Больше ничего содержательного, я от неё в тот день не услышала.

Но жила я там ещё почти месяц. Следует отметить, что фауна выжила. Вот на тему флоры я сомневаюсь....

Доброго всем утра. Делаю книксен, плавно переходящий в реверанс. Ваша Я.
Tags: годно, опусы, стёб
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 23 comments