Мирка (inkogniton) wrote,
Мирка
inkogniton

С невероятным вздохом и прискорбием признаюсь, что проклятый прогресс меня настиг. Причём, внезапно и совершенно неожиданно.

Когда-то я была невероятно прогрессивная. Самая прогрессивная из всех (ну ладно, не всех, но почти всех) моих знакомых. Первый мобильный телефон у меня появился в далёком девяносто пятом году. Это была даже не самая первая модель из тогда существующих (самая первая, которую лицезрела я, была огромная трубка фирмы моторола, которую все называли почему-то бананом). Нет, я тогда купила телефон нокиа 2110. Он был значительно меньше банана, он был (по тем временам) невероятно компактным и даже не таким уж тяжёлым. Звонить, правда, было почти некому. Мобильные телефоны были у считанных богачей, а звонить на домашний телефон стоило столько, что, по сравнению с этим, цена самого, собственно, телефона, была копеечной. Впрочем, звонить с домашнего телефона на мой шикарный мобильный, тоже стоило немного дороже самолёта. Но он у меня был.

Помню в девяносто пятом я приехала навестить бабушку -- в Россию. Она никогда не видела мобильных телефонов и всё удивлялась: а он что, действительно звонит? Вот даже если ты выйдешь на улицу? И что -- ты выйдешь на улицу и я тебе смогу позвонить и ты мне даже ответишь?!

Я гордо вышла на улицу, а бабушка, несмотря на цену за минуту разговора, которая приблизительно равнялась её месячной пенсии, звонила мне на израильский мобильный с домашнего российского телефона. Я стояла под балконом, отвечала "да, бабушка, я тебя прекрасно слышу!", а бабушка с балкона смеялась и махала рукой: отойди подальше, так я тебя тоже прекрасно слышу, даже без телефона! Я отходила, бабушка звонила опять, и мы хохотали в трубку, тратя её пенсию. Да к чёрту пенсию, -- смеялась бабушка, -- когда тут такое чудо!

Потом телефоны стали стремительно уменьшаться в размере. Я всё ходила со своей нокиа, а вокруг меня люди ходили с небольшими телефонами, помещающимися в карман рубашки. Мой телефон постепенно становился Гулливером в стране лиллипутов. Но я его нежно любила и категорически не соглашалась менять. Зная себя, я бы его никогда не сменила бы, кабы в один прекрасный день мне не сказали: всё, чинить его не будем, это антиквариат, таких больше нет, или покупайте, дорогая гражданка, новый нормальный, или -- до свидания. Я сломалась под гнётом и купила новый. Он был значительно меньше, у него была выдвигающаяся панель (когда отвечал на звонок, надо было сдвинуть панель вниз) и он был прекрасный. Он прожил два года и мне, со вздохом, сообщили: это не только у вас всё время выходит из строя, это модель неудачная. Чинить не будем, этой модели уже вообще нет (вы, сказали мне, буквально последний динозавр), или покупайте новый, современный, или -- до свидания. Я вздохнула и купила складывающийся самсунг. Он был изумительным. Маленький, компактный, он помещался в любой карман, он загадочно-серебряно мерцал и был выше всяких похвал. Это единственный телефон, который я совершенно не помню почему поменяла. Он мне так нравился. Вчуже я предполагаю, что, когда я пришла его чинить в очередной раз, мне сказали: всё, дорогая гражданка, или покупайте современный, или -- до свидания.

Так или иначе, я купила новый телефон в 2004 году. Изумительный складывающийся самсунг. Помню, спустя недолгое время, была я на вечеринке у друзей, сидела рядом с балконной решёткой, курила и кому-то звонила, как он, негодяй, выскользнул, и упал. С пятого этажа. Я уже успела с ним сродниться, и потому взволнованно побежала вниз; мой несчастный телефон лежал ничком на асфальте, а батарейка валялась в нескольких метрах. Я аккуратно вставила батарейку, дунула-плюнула, включила -- он заработал немедленно и беспрекословно. Ба, -- сказали мне друзья, -- это же самая лучшая реклама! Тебя снимать надо! Сидишь такая, задумчивая, на балконе пятого этажа, куришь, телефон летит вниз, ты сбегаешь, вставляешь батарейку, он включается и на экране крупными буквами: нашим телефонам ничего не страшно, покупайте наши телефоны!

Можно, конечно, смеяться, но этот телефон у меня до сих пор, это мой единственный израильский телефон и, несмотря на их угрозы: скоро не то что починить, даже советов дать не сможем, -- я его нежно люблю и пока менять не собираюсь. В конце концов, ему всего-то тринадцать лет, он ещё даже школу не закончил.

-- Ну послушай, -- смеются надо мной мои друзья, -- нельзя же так! Купи себе уже нормальный телефон!
-- Телефон должен звонить, -- упрямо повторяла я, -- а не быть ракетно-ядерной установкой класса Б! Просто звонить. И ещё будить по утрам. И сообщения посылать, чёрт бы их побрал, кто бы знал как я это не люблю. И всё!

Я была единственной (за исключением Ыкла, у него вообще нет этого устройства -- зачем оно мне нужно, дай мне хоть одну причину?! Вот если ты лежишь, умираешь и звонишь, то я всё равно приеду только тогда, когда транспорт довезёт, а все и всё остальные и остальное -- подождут, пока я буду в кабинете или дома. Или письмо напишут. Я на них сразу отвечаю!) родительницей в садике чада, супротив которой стояла надпись: не знает что такое вотсап, телефон старый, если что -- писать письмо.

Когда мы были в Корее, мы встречались с друзьями нашей учительницы корейского. Госпожа, смеясь, думая, что мы оценим, подтрунивала над мужем: у него, говорила она смеясь, до недавнего времени был телефон-раскладушка, самсунг. А он один из главных инженеров там. Где вы вообще в последний раз видели человека с таким телефоном?! Я тогда достала свой и смущённо показала, быстро оправдываясь и кивая на Ыкла -- у него вообще никакого нет! Госпожа изумлённо замолчала, а её муж радостно вклинился в беседу -- видишь, я не один, я не последний!

Здесь у нас тоже есть телефон. Чудесный раскладной самсунг. Но нам, как оказалось, нужен ещё один.

-- Слушай, -- задумчиво спрашивала я, -- а, может, действительно купим вот такой вот, который ракетно-ядерная установка?
-- Да, пожалуйста, -- серьёзно отвечал Ыкл, -- только давай так. Мы все понимаем, что это игрушка. И вопрос только в том, какую игрушку ты хочешь больше -- дьявольскую установку или, к примеру, ещё одну пару сапог?
-- Ну, -- тянула я, -- так не честно. Как можно сравнивать сапоги с этим? Оно должно звонить! А у сапог знаешь, знаешь, -- захлебнулась я от возмущения, -- сколько функций?
-- Вот ты и ответила, -- расслабленно вздохнул Ыкл.

Но нам был нужен ещё один телефон. Сегодня я пошла на охоту. Я заходила в магазины и сообщала, что мне нужен самый простой, мне нужно, чтобы умел звонить. Я сама отведу ребёнка в школу, вынесу мусор, докажу теорему и слетаю в космос. Мне -- чтобы только звонил. Продавцы разводили руками и предлагали устройства, которые, без вашей помощи, посадят дерево, вырастят сына (даже если у вас его нет) и отправят вас в сумасшедший дом сразу после того, как за вами перестанут бегать кредиторы. И только одна вошла в моё положение. Вот, -- показала она мне, -- чудесный телефон, его с удовольствием покупают все пенсионеры: большие кнопки, складывается, никаких компьютеров, всё, как в древности. Ой, -- засмеялась она, посмотрев на меня, -- я не собиралась вас обидеть, мисс. Но вы же хотите такое?

Я выбирала телефон весь день. Я ходила по магазинам, объясняла и разводила руками: господа, за такую цену, я лучше сбегаю и лично скажу. Ладно бы сумка, но телефон?! В конечном итоге, мы с чадом вернулись к той самой девушке. И не могли не вернуться. Когда человека зовут Иерусалим -- это знак, как ни крути. Ну что, -- засмеялась Иерусалим, -- что решили? Я стояла и смотрела на всякие нокиа с кнопочками. Такие, к которым я привыкла ещё в девяносто пятом. И тут я решительно махнула головой -- берём вот этот! Так у него же сенсорный экран, -- поразилась Иерусалим. Он дешёвый, почти как древние нокиа, -- поспешно добавила прелестная девушка с самым лучшим и удивительным именем на земле, -- но у него сенсорный экран. Но, -- добавила ещё быстрее, -- если хотите именно этот, то у меня именно такой и я могу прямо на месте показать как им пользоваться. Это смартфон, -- снисходительно сообщила мне Иерусалим. Ага, -- торжествующе-удивлённо парировала я, -- так вот как это выглядит, этот самый смартфон! Но главное, -- добавила Иерусалим, немного усмехнувшись, -- через полгода, обещаю, вы уже и не вспомните как было до этого! Я молчала, обдумывая, а чадо погладила меня по руке -- мама, я всё в них понимаю, я тебе всё объясню.

Дома я потратила полтора часа на борьбу с монстром. Пока я с ним боролась, у меня исчезли половина иконок с экрана, и он мне сообщил, что таких, как я, давно не встречал. Где моя телефонная книжка? -- возмущалась я, расстраиваясь заранее, что опять придётся час переписывать. Мама, -- погладила меня чадо по голове так снисходительно, что я вжалась в пол, -- нажми на эту кнопку. Не спорь, мама, просто нажми, я тебе сейчас всё расскажу. Нажав на кнопку и следуя инструкциям чада, я нашла несчастную телефонную книгу. Нет, иконка всё ещё не нашлась, что, несомненно, минус, зато сами телефоны на месте -- что, несомненно, плюс. Устройство меня не слушается и будто всякий раз высокомерно вздыхает -- ну надо же, какой динозавр! Ха! Знало бы оно, какая я прогрессивная! Подумаешь, телефон! Он вообще -- он должен только звонить.

-- Мама, -- обрадованно запрыгала чадо, -- сфотографируй меня, пожалуйста! Ну, -- не дала она мне вставить слово и приняла позу, -- раз у нас уже телефон, который не только звонит, но и фотографирует.

Ну что ж. Мне обещали, что через полгода я это -- одной левой. Пока -- оно заряжается, а я мучительно пытаюсь понять куда делась иконка с телефонной книгой. Ничего. Или я его одолею, или куплю пылесос. У них, по крайней мере, иконок нет. Хотя и они, сегодня, все, как один, ракетно-ядерные установки класса Б.
Tags: стёб, я
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 71 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →