Мирка (inkogniton) wrote,
Мирка
inkogniton

Category:
  • Mood:

Что происходит....

И задохнуться-захлебнуться. Ничего не говорить. Только ходить по улицам и впитывать. Всё просыпается. Старое дерево, казалось навсегда заснувшее, лениво кряхтя, выплёвывает зелёные листья. Бурчит - явно кокетничает. Плющ на стене знакомого до последнего кирпича здания, ожил и с новыми силами пополз в разные стороны. Шум от газонокосилки. Дядечка в наушниках, сидящий в ней, громко поёт. Так громко, что иногда перекрикивает свою механическую косу. Обленившаяся за прошлые месяцы кошка, недовольно освобождает свой газон. Ворчит на чудо техники и, кажется, плюётся. Ей нельзя не ворчать - все сошли с ума. Иерусалим сменил свой почтенный баритон на сопрано.

- Кризис во всем! Разве это погода? Вот в моё время... Даже нормальная погода дефицит!

Пожилая женщина на остановке разговаривает с невидимым собеседником. И тяжело поверить её бурчанию-ворчанию, когда её глаза кричат об обратном. Она смотрит по сторонам, цепляется взглядом за цветущий миндаль и замолкает. Ведь когда миндаль цветёт так, даже бурчать становится невозможно. Запахи сводят с ума. Отовсюду. И кажется, что их стало в миллионы раз больше.

Какие-то огромные желтые, фиолетовые, красные цветы. Наглые, уверенные в собственной неотразимости. Они заполнили собой всю знакомую дорогу. Кивают проходящим мимо, снисходительно реагируют на восхищенные взгляды. Им не привыкать. Они-то знают чего стоит их красота. И, хотя и хочется сорвать, унести домой, наполнить ими своё пространство, не срывают. Девочка лет пяти присела на корточки и гладит лепестки какого-то огромного фиолетового цветка. Если незаметно подойти поближе, слышен отчетливый шепот - "ты красивый, ты такой красивый!".

- Эден, пошли уже!, - восклицает молодая мама.

Эден оглядывается, на прощание бормочет "я скоро вернусь", гладит лепесток и убегает.

- Что ты там увидела?, - доносится уже издалека.
- Ничего. Я просто поздоровалась.

И даже со спины заметно как она хитро улыбается. Ей, носящей такое прекрасное имя, известно значительно больше, чем её торопящейся маме. Она знает какой голос у этого цветка. Она знает, что он тоже с ней поздоровался. И мама её когда-то слышала эти голоса. Но потом быт, рутина вытеснили их. Заменили на звуки механической косы. Но сейчас, кажется, она вспоминает как они звучали.

У плюща на здании баритон. Совершенно точно. И он бурчит своим баритоном, деланно возмущаясь, что его разбудили. Никто не покупается на его деланное возмущение. Листья у него жесткие и немного шершавые. Он не девица-кокетка. Он настоящий молодой мужчина. Полный жизни и энергии. Заполнивший собой все щели этой старой стены и уверенно рвущийся на крышу. Там, на крыше, можно расслабиться и погреться. Но до неё надо доползти. Вот он и бурчит. И стена дышит своими порами-щелями. Снисходительно позволяет плющу использовать её чтобы попасть на крышу. У них негласный договор. Он защищает её своим покрывалом, а она не возражает против того, что он по ней ползет. Она старше - потому значительно мудрее. Она много видела. Каждая пора-щель может о многом рассказать. Эден, наверное, слышит эти рассказы. Я только впитываю.

И невозможно ничего сказать. Только дышать. Изо всех сил дышать. В такт с этим сумасшествием, охватившим город. Слова ждут когда их накопится столько, что можно будет аккуратно выплеснуть. Бережно, аккуратно перевести всё впитавшееся в иную плоскость. В плоскость, где можно будет передать это так же, как оно дышится. Хотя это представляется совсем невозможным.

Просто март. Просто очередной сумасшедший, сводящий с ума, заполонивший всё, принимающий и не отпускающий, невозможный, наглый, уверенный в себе март.
Tags: Иерусалим, годно, зарисовки
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 19 comments