Мирка (inkogniton) wrote,
Мирка
inkogniton

  • Mood:

"Пожалуйста, не писайте здесь".

Я люблю Иерусалим. Даже когда я его не люблю, я всё равно его люблю. Я люблю его серость и неприветливость - ведь это напускное, это, на самом деле, защитная маска. Он, точно так же как и я, чрезвычайно раним и обидчив. Он делает вид, что ему всё равно, когда не любят его узкие улицы, что его нисколько не задевает когда его называют серым, вменяя в вину то, что все дома - совершенно все - облицованы его - иерусалимским - камнем. Но ему не всё равно. Ведь это не так. И камни вовсе не серые - они разноцветные, просто надо уметь увидеть. Иерусалим вместил в себя такое количество разного, что часто не покидает ощущение, что ты не просто перешел с одной улицы на другую, а попал в совершенно другой город. Даже, наверное, другой мир. Туристический путь по Иерусалиму однозначен и не оставляет простора для воображения - старый город, Стена, еврейский квартал, Храм Гроба Господня - вот и весь туристический Иерусалим. И восхищаются люди камнями, видевшими стольких царей, припадают ниц перед главными святынями и видят... мёртвый Иерусалим. Иерусалим, который почитают, но не обожают. Невозможно обожать застывшее - пусть и невероятно прекрасное. Можно почитать, восхищаться, сознавать величие... А влюбиться нельзя. Ведь даже Пигмалион влюбился в свой камень - именно в свой. Сомневаюсь, что чужое вызвало бы в нём такую же бурю эмоций. Мы ходим в музеи не для того, чтобы влюбляться, а, скорее, для того, чтобы приобщаться. На секунду почувствовать себя частью чего-то несравненно большего, нежели привычное течение жизни.

Иерусалим живой. Настоящий. Он дышит и пульсирует. В него очень просто влюбиться. И очень сложно это сделать, видя только его, пусть и великолепную, но застывшую часть. Туристы не видят Иерусалим. Не чувствуют его. Не слышат звуков и не знают запахов; не видят плющ на стене - прямо посреди города. Не ощущают сарказма и иронии.

В самом центре города, прямо рядом с рынком, улица Аггрипас. Она шумная, бестолковая и невероятно живая. Она не для туристов. Понять это можно практически сразу - например, по ценникам, свисающим с бесформенных юбок и брюк и гласящим "всё за двадцать шекелей". Гласящим исключительно на иврите - ведь они говорят только со своими. Ведь не свои пошли падать ниц и восхищаться. А здесь, на этой шумной и бестолковой улице, прямо в центре города, на стене, черной краской, ажурным шрифтом выведено - "Пожалуйста, не писайте здесь". И, как подтверждение необходимости сей надписи, красноречивые подтёки прямо под ней. И я останавливаюсь и смеюсь - ведь невозможно не засмеяться. Вместе со мной начинает смеяться продавец из соседней лавочки. Кажется, там продаются тазы и швабры. Он вынес на улицу стул и греется на солнце - том самом иерусалимском солнце, которое, по мнению многих, но не меня, такое совсем не солнечное. Он смеётся и разводит руками - как бы извиняясь за тех, из-за которых был помещён этот новый шедевр на эти старые камни. Никто не удивляется - подумаешь, стоит человек посреди улицы и смеётся. Это же Иерусалим - в нём столько сумасшедших - одним больше, одним меньше. Он даже не пытается, по обыкновению, зазвать меня в лавочку, уговорить купить таз. Или швабру. Ситуация настолько абсурдна, что становится почти сюжетом для какой-нибудь сюрреалистичной сказки. Именно сказки - ведь этим стенам тоже немало лет. Они тоже много видели на своём веку. Правда, чести ради, думается мне, что данную надпись они видят впервые.

И уже там ощущается невероятный запах специй, несущийся с рынка. Я не особо люблю рынок, но не могу отрицать, что он, несомненно, является одним из самых пульсирующих, живых, рассказывающих об одном из истинных лиц города, мест. Там тоже много сумасшедших. Далеко не все приветливы. Подчас создаётся впечатление, что они делают одолжение, соглашаясь продать то, что, собственно, пришли продать. На лотке разбросаны огромные, лоснящиеся, черные финики. Продавец - маленького роста, какой-то весь нескладный. Впрочем, он кажется нескладным из-за какого-то, навечно прилипшего выражения недовольства на лице. Мы пробуем финики и я прошу взвесить нам полкилограмма.

- Берите килограмм, - не меняя выражения лица сообщает мне он.
- Но мы не хотим килограмм - мы хотим только половину.
- Вы уже съели половину пока здесь стояли, - он брюзжит и по его лицу волнами идёт недовольство и... какая-то.. презрительность... Впрочем, легко сразу догадаться, что это ещё один иерусалимский сумасшедший - как же можно на него злиться?
- Мы попробовали два финика, - улыбаюсь я ему, надеясь, что он смягчится. Впрочем...
- Не два, а шесть - я всё видел - вон, уже за седьмым потянулись.

И очень не хочется, чтобы кто-то это слышал - ведь, на самом деле, Иерусалим не такой - просто сумасшедшие здесь разные. Некоторые вот такие. Хорошо, что из присутствующих только я понимаю иврит. Уходить без фиников очень не хочется, а он продолжает бурчать. И есть что-то в его бурчании, не имеющее никакого отношения ко мне. Просто неудачный день. Просто скоро осень. Просто... Да мало ли что может быть... На самом-то деле, он совсем не такой - даже если он сам об этом не подозревает...

- Дай нам, пожалуйста, полкилограмма, - улыбаюсь я снова, - мы правда попробовали только два финика...

Не меняя выражения лица, он наполняет пакет сочными черными финиками. Почти кидает его... Ну и ладно - ведь это всего лишь такой день у него. А завтра... Впрочем, я не знаю что будет завтра - я могу только надеяться. Я искренне улыбаюсь ему и желаю ему замечательного дня. Кажется, он оторопел и не знает как отреагировать - и хорошо.

А со всех сторон пахнет специями. Стоят мешки, наполненные доверху чем-то зелёным, желтым, коричневым, красным, белым... И я затрудняюсь вспомнить названия всех этих чудес - этих источников запахов. Только, как-то немного беспомощно, пытаюсь объяснить - вот это в рис, это в салат, это, кажется, острое, а это, кажется, сладкое...

И всё это окупается с лихвой, когда понимаешь, что у твоего Иерусалима появились новые поклонники. Что кто-то ещё увидел его таким, каким тебе хотелось бы... Что кто-то ещё увезёт с собой не только преклонение, но и, пусть и небольшую, пусть временную, но влюблённость....
Tags: Иерусалим, годно, опусы
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 24 comments