November 26th, 2012

хм...

Воспитание

- Дорогая, нам надо поговорить, - это прозвучало так елейно, что я немедленно заняла оборонительную позицию и встала в стойку, называемая суслик, готовый к бою. - Ты понимаешь, - осторожно продолжил он, - я не хочу на тебя давить и ни в коем случае не хочу тебя менять - ни тебя, ни твои привычки. Но я не уверен, что тебе понравится - именно тебе, дорогая - если вдруг, в какой-нибудь из дней, наша драгоценная дочь скажет кому-нибудь из бабушек и дедушек "твою мать". Это, заверяю тебя, - тон становился всё более елейным, - не понравится, в первую очередь, тебе. И некоторым бабушкам и дедушкам. Причём, я даже знаю каким именно, и это совсем не те, о которых думаешь ты. И главное, будет очевидно, от кого она этому научилась, - выразительно посмотрел он на меня, - особенно некоторым бабушкам и дедушкам. Ты понимаешь, о чём я?
- Чего это вдруг она такое скажет бабушкам и дедушкам? Она что - дура? - я категорически отказывалась представлять себе такое развитие событий. - Кстати, я это говорю крайне редко - шёпотом и только тогда, когда уже до белого каления. И вообще - я думаю, что если она вдруг это скажет, в чём я сильно сомневаюсь, так как уверена в неограниченных умственных способностях нашей драгоценной дочери, - то это будет только забавно. Я уверена, что все посмеются и всё.
- Посмеются? Думаешь? Тебе напомнить про Надю и Дашу?

Надя. Надя это совсем другое дело. Надя с мужем, двухлетним сыном и бабушкой с дедушкой поехали на дачу. Ехать было недолго, но часть поездки была по городу. Водить по городу, особенно в час пик, каждый подтвердит, занятие не для слабонервных. Надин муж, помня о близком присутствии относительно новых не очень близких родственников, сосредоточенно молчал. Молчал тогда, когда его подрезала красная девятка, молчал тогда, когда на светофоре прямо перед ним вклинилась какая-то несомненно блондинка, недвусмысленно помахавшая ему средним пальцем из окна, молчал... Он просто молчал. Даже тогда, когда неожиданно машина, которая до этого тихо и спокойно ехала в соседнем ряду, вдруг резко решила сменить ряд. Еле затормозил, но промолчал. И был от этого очень горд самим собой. Двухлетний сын, задумчиво глядя в окно, промолчать не смог. Он посмотрел на мерзавца с соседней полосы и совершенно спокойно, задумчиво глядя в окно, произнёс: вот водила хренов! Теперь сосредоточенно молчал не только муж, но и Надя. Бабушка и дедушка, захватившие ребёнка в стальные родственные объятия на заднем сиденье, удивлённо посмотрели на ребёнка, на Надю и... Нет, на мужа они смотреть не стали - он и так за рулём, для чего накалять обстановку. Сын продолжил задумчиво смотреть в окно, в котором виднелась толпа потенциальных мерзавцев, о которых можно было сказать то же самое ещё раз, и ещё раз, и ещё очень много раз. И это, кстати, было бы правдой, только правдой и ничем, кроме правды. Устами младенца, как говорится.
Collapse )