June 29th, 2015

хм...

Корея (день первый: самолёт, поезд)

Ну что ж, всё-таки хочу попробовать записывать то, что происходит в поездке -- прямо в поездке. Поймала себя на мысли, что большинство поездок помню фрагментарно и даже не понимаю почему помню именно тот или этот фрагмент -- вроде ничего особенно в них нет, однако помню. К примеру, помню таксиста сикха из Хьюстона. Он вёз меня в аэропорт, неспешно рассказывал о своей жизни, махал в стороны длинной бородой и неторопливо качал тюрбаном. Клялась себе -- приеду, запишу эту беседу, ведь надо же. Может и вспомню -- интересно было. А больше, по сути, ничего оттуда не помню. Разве что ещё пару рабочих фрагментов и один чудесный вечер в испанском ресторане. Перечитываю Рим и удивляюсь -- точно, ведь было же, вот вспомнила, а до этого -- не помнила вообще. Жалко, что не записала тогда последнюю часть, сейчас уже и не помню что хотела. Хочу в этот раз постараться записывать. Так что -- ближайшие пару-тройку (как буду успевать) недель -- исключительно Корея.

Поездка начинается в аэропорту. В аэропорту, в субботу вечером, всегда мало народа и это особенно приятно. Надо обязательно забежать купить сигарет, блеск для губ и каких-то сувениров, каким-то там друзьям нашей преподавательницы корейского.

-- Вы хотите настоящую корейскую трапезу в настоящем корейском доме в самой Корее? -- она смотрела выжидательно и было удивительно как она не понимает, что ответ, на самом деле, совершенно очевиден. Мы кивнули. -- Будете сидеть на полу на расшитых подушках и объедаться. Но и минусы есть -- нужно всё съесть. Никак нельзя оставить что-либо на тарелке -- это всегда кошмарная обида, очень неприлично и невероятно невежливо. Но всегда можно сказать заранее, что, к примеру, вы совсем недавно отобедали и тогда вас будут кормить не как сто человек на убой, а только как десять. Я всегда, -- добавила она, посмотрев задумчиво в окно, -- когда иду в корейский дом на корейскую трапезу, делаю так: во-первых, я ничего не ем три дня до этого. А во-вторых, я ничего не ем неделю после этого. Воду пью, и хватит. И вот таким образом я поправляюсь не больше, чем на пять килограммов. Но вы худые, вам не страшно!

Мы выбирали сувениры в магазине в аэропорту, а я думала о том, что у нас всего две недели в Корее, а познакомить она хотела нас с двумя её друзьями, и поэтому уже прямо сейчас мне надо прекращать есть и смириться с тем, что за эти две недели я поем два раза и поправлюсь всего на двадцать килограммов. Наконец, всё сделали, купили, покурили, глотнули вина -- бежим на самолёт. Он уже почти улетел.
Collapse )
хм...

Корея (день первый: такси, ужин -- Тэджон)

-- Вы угробите себя и ребёнка! Вы-то, чёрт с ним, а ребёнок -- подумайте же о ребёнке!

Это кричали нам все родители -- все четыре родителя. Взрослых, умных, рассудительных, пытающихся уговорить глупых и упрямых, не нюхавших, не ведавших, не видавших, не знающих. На нас сыпались звонки, письма, опять звонки, опять письма, сообщения в чате и прочее.

-- В Корее бушует МЕРС -- вы вообще понимаете, что вы делаете? Вам там в масках надо будет ходить и вообще нельзя будет из дома выйти. Там у них карантин вообще -- никого на улицу не выпускают, никого в страну не впускают, а тех, кто прокрался, не выпускают! Вы отдаёте себе отчёт в том, что вы собираетесь делать?

Мы отбивались как могли. Мы приводили доводы (на наш взгляд, разумные и невероятно логичные)

-- Мы же не угробили до сих пор, а ведь столько возможностей уже было. И когда плавать учили (помните -- кричали, что утопим), и когда в лес ходили (помните -- кричали про клещевой боррелиоз), и когда в Канаду, в глушь ехали (помните -- там мороз и медведи на улице. К слову, именно это действительно было -- медведи на улице, кто бы мог подумать) -- не угробили же. Значит, всё-таки, мы не очень плохие родители. Значит нам, спустя четыре года, всё-таки, можно хоть немного доверять.

Но всё это помогало плохо. И тогда мы сказали

-- Мы едем в любом случае -- это не обсуждается. Не угробим. По крайней мере, будем очень стараться.

Поздно вечером, за бутылкой холодного пива и сигаретой, мы тихо посмотрели друг на друга

-- Нет, я конечно им этого не скажу -- но ведь не угробим же, правда? Жалко будет. Она удачная такая получилась, да и мы, в общем и целом, ничего.
-- Не угробим, наверное, -- задумчиво посмотрел на Луну Ыкл, -- смотри какая Луна. Пиво пей -- живы будем не помрём. А, главное, ты хоть посмотрела как расшифровывается этот самый МЕРС? Это что-то там ужасное средиземноморское, понимаешь? Это ж наше, родное. Не смотри на меня так, пиво пей. Глаза, говорю, страшные такие спрячь. Спокуха. Всё хорошо будет.

К моменту отлёта все давно смирились.

В аэропорту (в Корее) все работники действительно в масках. Сам аэропорт вылизан так, что можно сесть на пол, налить туда суп и слизывать. Всё стерильное, хорошо пахнет, везде баночки-скляночки, чтобы стерилизовать руки и, кому хочется (мне, к примеру), голову; и везде страшные плакаты про МЕРС, картинки, просмотр которых наводит на мысль об игре в прятки -- исключительно в бомбоубежище. Как становится понятно -- всё наше, родное, бомбоубежательное.

Но это присказка.
Collapse )