Мирка (inkogniton) wrote,
Мирка
inkogniton

Мандарины

Мне говорят -- нет в Израиле правильных романтических, таинственных, с вековой историей, мест. С вековой, конечно, есть, но о них и так все знают. Есть и не с вековой, но оттого не менее романтических и таинственных.

Был период, когда мы думали только о том, где бы найти правильных грузчиков, которые бы загрузили наш скромный скарб, привезли, разгрузили, ничего не разбили, всё сделали правильно, и чтобы цена сносная. У всех есть такие периоды. Мы пассивно искали грузчиков и активно гуляли по Тель-Авиву, что значительно приятнее, чем обрывать телефоны и вести беседы о том, что у нас не тринадцать, а четырнадцать коробок книг. Зато сковородок всего две, и ещё полторы кастрюли -- мы их сами можем перевезти, честное слово.

Мы гуляли по Тель Авиву, ходили по узким улочкам, заглядывали в кафе и думали где бы нам позавтракать и раздобыть прекрасных грузчиков. Мы случайно зашли на маленькую, кривую улочку, вымощенную брусчаткой и напоминающую оттого старую, видавшую виды, хранящую чьи-то тайны, мостовую. Сплошь усаженную мандариновыми деревьями. С деревьев свисали крупные плотные оранжевые мандарины, и я на секунду забыла о том где нахожусь. Прямо рядом с одним из деревьев, чуть приподнявшись на узкий тротуар и всё равно перегородивший дорогу, стоял грузовик. Задние двери были распахнуты, в глубине виднелись тумбочки, кровать, шкафы, коробки. Два невысоких, но крепких, грузчика, методично поднимались куда-то наверх и спускались с очередной ношей. Я зачарованно смотрела и всё пыталась придумать как же мне здесь остаться подольше, как вдруг заметила сбоку, в мандариновой тени, небольшое кафе.

На улице стояли столики, сбоку большая доска, на которой розовым мелом, крупными буквами, каллиграфическая надпись: завтрак на любой вкус, заходите, не пожалеете! Мы сели за столик прямо под деревом. Прямо над нами, яркими пятнами, красовались мандарины. Деревянный столик, видавший виды; царапины, создающие витиеватый узор. Проводишь по ним пальцами, всё пытаясь угадать что же он хочет тебе рассказать. К нам подошёл приятный молодой человек -- вам меню, вам завтракать? Небольшая бородка, рыжие, будто в тон мандаринам, волосы, лукавый взгляд. Я советую, -- он посмотрел на меня и незаметно подмигнул, -- русский завтрак! Русский завтрак у нас такой, что вы никогда не забудете, будете возвращаться ещё и ещё. Мне хотелось добавить -- если, конечно, найдём опять, -- но я промолчала. Мы заказали русский завтрак и продолжили зачарованно наблюдать за ладными грузчиками, посланными словно по заказу.

-- Слушай, -- тихо засмеялась я, -- а ведь это же удивительно, вот нам нужны грузчики, мы можем тут сидеть, прямо под мандаринами, есть этот самый русский завтрак, что бы оно там ни значило, и смотреть на них. Словно экзамен принимать. Представляешь, они думают, что мы тут просто так, а мы, на самом деле, экзаменаторы!

Они всё носили и носили. Вот один нырнул в глубину грузовика и вынырнул оттуда со связкой ремней. Протянул половину второму, часть оставил себе. Всё расправлял эти ремни, прилаживал на спину. Я никак не могла понять что же он делает. Что же будет дальше. Приладили длинные широкие ремни и нырнули обратно в подъезд.

-- Слушай, -- очнулась я, -- а мы же даже не спросили -- что это такое, этот самый русский завтрак! Что нам принесут вообще? А если оно будет не вкусно?
-- Будет вкусно, -- улыбнулся Ыкл, -- обязательно будет.

Мы сидели, маленькими глотками пили ледяную воду -- это так хорошо ледяную, сводящую зубы, воду, в такую жару, -- и смотрели то на мандарины, то на подъезд. Когда же они появятся? Тем временем, нам принесли завтрак. На огромной, плоской, немного щербатой, расписной керамической тарелке, лежал наш завтрак. Небольшие золотистые блины, немного сметаны, несколько кусочков коричневой, лоснящейся от жира, селёдки, бордовые, яркие, аккуратные кубики свёклы, рассыпчатые, жёлтые куски картошки, из которых шёл пар и оттого очки немедленно запотели (как же мы будем есть, ничего не видно!), разрезанное на четвертинки яйцо с ослепительно-жёлтым, подрагивающим, желтком, тонкие ломтики ароматного фиолетового репчатого лука, несколько плотных маслянистых, почти чёрных, оливок, набросанных там и здесь по всей тарелке. Я заворожённо смотрела на тарелку и не понимала как такое есть. Как выловить оттуда оливку, не нарушив композицию, как отодвинуть кубик свёклы, как зацепить картошку -- рассыпающуюся, ароматную.

-- И вот это -- русский завтрак? -- мы посмотрели друг на друга и рассмеялись, -- Воистину, блины, селёдка, картошка, только, для полноты картины, не хватает

Мы не успели договорить. Снова показались рыжие волосы. Он бережно нёс поднос, на котором стояли две маленькие, запотевшие рюмки.

-- Ой-ой, -- замахали мы руками, -- мы не осилим водку так рано утром, не осилим совсем!

Стало смешно и легко. Захотелось сидеть под этими мандаринами целую жизнь. Внезапно из подъезда вышел один из грузчиков. Он согнулся почти до земли. К спине его, широкими ремнями, был плотно привязан холодильник -- холодильник, кажется, был выше него раза в полтора. Он добежал до грузовика, развернулся, подпрыгнул -- холодильник встал на дно двумя ножками. Он подпрыгнул ещё раз и холодильник уверенно встал. Грузчик, каким-то хитрым движением, только спиной, сосредоточенно смотря куда-то вперёд, задвинул его чуть поглубже, и только после этого начал ослаблять, крепко схватившие его, ремни. Я совсем забыла о водке и завтраке, но вспомнила, когда услышала

-- Может, тогда вина? Холодного, белого? -- из-за бороды не разглядеть, но я была уверена, что он улыбается. Я покачала головой, -- Тогда, давайте, я принесу вам лимонада! У нас самый лучший лимонад!

Отказаться от самого лучшего лимонада невозможно. Он нырнул назад, в темноту кафе, вынырнул через несколько минут с двумя большими стаканами, наполненными лимонадом. На самом дне виднелись листики мяты, немного придавленные льдом, наверху, плотной стайкой, плавали лимонные крошки. Чуть сладковатый, ароматный, мятно-лимонный. Я не знаю был ли он лучшим, но он был хорош. Самое то, после пряной селёдки и жирных, сливочных блинов.

Грузчики, тем временем, выносили остатки. Огромное резное зеркало -- зеркало было таким большим, что не верилось, что оно пройдёт сквозь столь скромный дверной проём. Тяжёлая деревянная резная рама с хитрыми завитками -- кажется, когда-то давно, я где-то видела такое зеркало. Впрочем, может оно мне снилось, а я забыла когда и почему. Деревянная лошадка-качалка, как давно я таких не видела. Лошадка плотно сидела в руках грузчика и качала головой в такт шагам. Какие-то сундуки, какие-то коробки. Они бережно, словно драгоценности, загружали в грузовик чью-то интересную и загадочную жизнь.

-- Давай возьмём у них телефон? -- я уже почти рванулась бежать, но они захлопнули двери, сели в грузовик и начали отъезжать. Грузовик спустился с тротуара с негромким звуком и застучал по брусчатке. -- Ничего, найдём других.

Мы доели русский завтрак и заказали пошлый эспрессо с дивным шоколадным тортом. Торт, как и полагается честному шоколадному торту, немного горчил. А над головой шелестели мандариновые листья и бурчали мандарины.
Tags: зарисовки
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 51 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →