Мирка (inkogniton) wrote,
Мирка
inkogniton

-- Ты понимаешь, он совсем не понимает команд. Вообще, никаких. Не реагирует ни на сидеть, ни на стоять, ни на прыгать. Все остальные -- сразу же, а он стоит и только смотрит. Я даже не понимаю как он смотрит -- тоскливо или заинтересованно. Я уже и так, и эдак -- не понимает. Я и дома сама пыталась, перед тренировками, чтобы на тренировке уже знал что от него хотят. Не понимает и всё. Вот пока просто играем -- всё прекрасно, а как доходит до команд -- полный ступор. И ведь не маленький -- уже четыре года. Четыре!
-- А если ещё раз объяснить, если на личном примере -- вот говорят сесть, ты и садись. Может, и он тогда сядет?
-- Я уже всё пробовала, всё пыталась -- ничего не помогает. Не понимает команд, хоть ты тресни. Остальные в группе уже всё делают и только мой стоит и смотрит.
-- Слушай, может ну его -- эту гимнастику? Отдай его лучше на дзюдо!

*******

Все пишут о затмении и только я, кажется, всё пропустила. И вроде на балконе были, беседы неспешные вели, могли бы увидеть. Но не увидели. Помню как мы бежали смотреть на затмение в Принстоне. Было уже прохладно, мне, как всегда, было лень, но он так убеждал, так убеждал -- ну как тебе может быть лень? Ну как? Это же затмение! Он обнимал меня, смеялся и уговаривал, задирал руки к потолку, широко растопыривал глаза и всё повторял -- затмение, представляешь?! Я надела тёплые тапочки и мы пошли. В домашних штанах, домашней футболке, накинула сверху куртку. Невероятно уютно смотреть на затмение в тёплых домашних штанах на пустой улице. Вокруг дома был лес и ничего не было видно. Надо было подняться немного наверх, к старому университетскому зданию. Мы стояли под фонарём и ждали затмение. А я всё ныла -- ну когда же оно уже будет, я домой хочу, ну сколько можно ждать! Ругалась на Луну и тоскливо думала о том, что тоже мне -- затмение, чего я тут не видела. А потом началось затмение и я не хотела никуда уходить. Вцепилась в его рукав, стояла, задрав голову, заворожённо смотрела как густая, практически осязаемая, темнота постепенно съедает Луну -- всю, целиком, будто крокодил из сказки. Мы стояли и ждали когда её совсем не станет, а потом стояли ещё -- ждали когда же ненасытный крокодил выплюнет её обратно. Было прохладно и темно, только тускло светился фонарь, и оттого, почему-то, было страшно. На мгновение стало невыносимо -- показалось, что теперь так будет всегда. Всегда будет вот так темно и холодно. А если она не вернётся? -- испуганно шептала я. Вернётся, конечно, ты чего испугалась? -- он всё обнимал меня, почувствовал нутром, что не стоит сейчас про законы физики, про рациональность, про логичность, стоял, обнимал, -- не бойся, ты чего, Луна вернётся, вот сейчас, ещё пару минут -- и вернётся! Я ёжилась, но больше не ныла и домой не просилась -- мне было очень важно увидеть, что, несмотря на то, что сейчас её съели, её вернут -- и всё вернётся на круги своя. Потом, когда Луна начала появляться, я вспомнила, что очень хочу домой. Чего тут ещё стоять -- уже всё увидели. И было мне так спокойно, как давно не было. Раз Луну вернули -- значит всё будет просто прекрасно.

*******

Чадо иногда говорит так, что хочется, чтобы она сказала ещё что-нибудь.

-- Не трогай тапочки, -- сердится Ыкл, -- ты же за столом, ты же ужинаешь! Ну вот как можно во время еды трогать тапочки?!
-- Я трогала это только там, где тут, -- оправдывается чадо.

Только там, где тут поселилось в нашем доме, кажется, навсегда.

Партийная кличка кабинета Ыкла -- комната синей бороды. Туда заходить можно, но осторожно и обязательно оставлять всё так, как оно было до того. Не заходить туда совсем невозможно -- там, к примеру, шкаф, в котором одежда чада, да и вообще -- это же комната, полная чудес, как в неё не заходить.

-- Папа, кто такой синяя борода, расскажи! -- за ужином самое время рассказывать интересное и делиться впечатлениями.
-- Это был такой господин. Он был герцог. У него был большой дом -- даже не дом, а целый дворец
-- Больше, чем наш? -- практично интересуется чадо.
-- Больше. И все комнаты там открывались и только одна заперта навсегда -- это и была комната синей бороды. Он дал своей жене
-- Папа, а что такое жена? -- чадо не оставляет ни одного незнакомого слова без внимания.
-- Жена -- это... Это как наша мама. Она с ним жила вместе. И вот дал он ей ключи от всех комнат, но в ту комнату сказал не заходить. Строго сказал! -- Ыкл делает страшное лицо, чтобы сразу стало понятно насколько строго.
-- А как же она брала оттуда свой купальник? -- чадо нетерпеливо вертится на стуле и переживает.
-- Ты понимаешь, -- серьёзно продолжает Ыкл, делая мне страшные знаки, из которых следует, что смеяться категорически нельзя, -- у неё купальник был не там. Там -- действительно была комната только синей бороды! -- Ыкл гордо восседает на стуле, довольный объяснением.
-- А если, всё-таки, купальник действительно там лежал? -- практичности чада можно только позавидовать, что я, впрочем, и делаю.
Tags: зарисовки
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 29 comments