Мирка (inkogniton) wrote,
Мирка
inkogniton

Сейф

-- Слушай, какая ты стильная, -- говорит Ленка, а я всё пытаюсь понять издевается или нет.

У меня в анамнезе трое детей, два развода и, вишенкой на торте, слопанный молью любимый кашемировый палантин. Главное, сто лет ему уже, никогда на него не зарилась, а тут. Его не спасёшь. Я это ещё вчера поняла, когда к встрече готовилась. Мы не виделись сто лет, а, если точнее, лет десять, наверное. И у меня дети, разводы и проклятая моль, а она порхает бабочкой, будто издевается, будто все эти будничные проблемы, все эти дети, замужества, моль -- это всё не для неё. Она качает ногой в идеальной лодочке, на ней какие-то суперсовременные джинсы -- с дырками в правильных местах, мешковатые; но она же худая, как селёдка, так её не полнит, но создаёт иллюзию. И я -- стильная? Точно издевается.

-- Нет, ну правда, -- смеётся она, подзывает официантку и бросает -- капуччино, пожалуйста, много сливок и, если не сложно, посыпьте сверху корицей. -- вежливо всё, прекрасно просто, чего ж мне всё время кажется, что она издевается. Наверное, вот эти лодочки, эти мешковатые джинсы, эта вызывающе-жёлтая, явно шёлковая рубашка, будто бы неряшливо торчащая из-под благородно-серого свитера. Ах, Ленка.

-- А ты знаешь, я тебе всегда завидовала, -- я аж поперхнулась. Скажи она что угодно другое, во всё поверю, но завидовала?
-- Ленка, слушай, я ужасно рада тебя видеть, честное слово. Но не надо дурацких комплиментов, не надо глупостей. Ты думаешь я слепая? Что я -- себя в зеркале не вижу?
-- Вот ты балда! -- она всё качает ногой, а я никак не могу отвести взгляда от этих идеальных лодочек и этой идеальной узкой стопы. Сама не пойму, что это со мной. Я всегда была собой, в общем и целом, довольна. Что хотела -- получила, а лишнее отвалилось само. Вот только времени -- времени совсем нет. Утекает сквозь пальцы, никак не понимаю куда. Только вчера был май, бац -- пятнадцатое февраля. Как это вообще получилось?

Мы были лучшими подругами -- не разлей вода. Даже когда не виделись по сто лет, всё равно -- будто вчера расстались. Мне всегда её не хватает. Не то чтобы я была тяжёлая, но как-то более основательная, что ли. А она -- прекрасная порхающая бабочка, ей горы не горы, море не море. Помню поехали в лес -- шашлыки жарить, водку хлестать. Давно это было. И все люди как люди, а она -- белые шёлковые штаны, лодочки эти идеальные, шпильки. Ленк, ты с ума сошла? А она хохочет -- подумаешь! И ведь как приехала в ослепительно белых штанах, так и уехала в таких же. Нет, я не завидовала никогда, скорее, тихо восхищалась. Я так не умею. Я основательная. Я -- сейф. Куда поставишь, так и буду там стоять, намертво приколоченная.

-- Нет, правда, завидовала, -- никогда не любила капуччино. Мне бы чего покрепче, а то засну же прямо здесь. Полночи не спала, опять у Даши ангина, опять сорок, опять двадцать пять. Как же так получилось, что ещё вчера был май? Где же я была всё это время? Где-где -- развод, разъезд, раздел, передел, ремонт, школа, сад. Чёрт, неужели уже действительно февраль? Это же значит, что скоро опять май. Где бы купить ещё один палантин и что дать этой собаке взамен, чтобы она его не жрала.

-- А ты не изменилась совсем, ни капли, всё думаешь себе, думаешь. Поговори со мной, ведь столько не виделись, -- не улыбается даже, серьёзная. Не бабочка, нет. Повзрослела, что ли. Удивительно как -- мы все стареем, а она только только взрослеет. Только только перестаёт выпускницей быть. Да что это со мной, в конце концов, совсем одичала, даже беседу не могу поддержать. Какую, к чёрту, беседу, ни одна мысль не задерживается, бардак в голове. Не выспалась, да, но это же не повод. Если дальше так пойдёт, можно будет в зоопарк сдавать -- говорящее нечто -- не то зверюшка, не то человек. Руки-ноги есть, а мысли бегают.
-- Так я говорю, говорю. Вот кто не изменился, так это ты, честное слово. Как тебе это удаётся? Я серьёзно. У меня что -- всё обычно. Родила, развелась, вышла замуж, родила, ещё родила, развелась -- ну слушай, это же скучно до изжоги. Нобелевка мне не светит -- разве что её за потерянное время давать начнут. Слушай, а ты знаешь, что сейчас февраль? -- боже мой, что я несу. Конечно, знает. Все знают, только я -- спящий сейф. Куда поставили, там и стою. Как же палантин жалко.
-- Достать чернил и плакать, -- рассмеялась, привычно отозвалась. Точно -- ведь это ж я завела эту привычку. Когда это было? Чья это жизнь была вообще? -- Заметила, да. Но как-то внезапно он наступил, неожиданно -- ведь ещё только вчера был май, только вчера.

Это я не выспалась, точно. Не бывает у двух разных людей одной и той же дыры в континууме. Не бывает. Кофе, ещё кофе, это не она говорит, это всё мысли мои дурацкие. Не бывает так.

-- Ты понимаешь, -- она даже ногой перестала качать, -- как-то сразу всего столько навалилось, все куда-то бегут, ни черта не успеваю, устала -- ты не представляешь как я устала. Я вот приехала и подумала -- встречусь с тобой, поговорим, кофе выпьем. Когда вот так сидишь, время останавливается, понимаешь? И какая разница май или февраль, вот какая разница? Слушай, я тебе подарок привезла, только ты его сейчас не открывай, дома откроешь, ладно? -- она протянула мне плоскую коробку, перевязанную кокетливой розовой ленточкой. -- Слушай, давай чаще встречаться, а? Мне иногда кажется, что тебя, прежде чем снова поставить на место, надо обязательно с этого места сдвинуть. Ты ж как жаропрочный сейф, -- и рассмеялась: звонко, ласково. -- Понимаешь, когда вот так встречаешься, ощущение, что можно вернуться во вчера. Я не знаю как тебе, а мне, иногда, очень надо, понимаешь -- очень -- вернуться во вчера. С тобой -- я всё могу, понимаешь?

Не издевается, нет. Когда-то она мне это уже говорила. Я не верила. У меня дела, заботы; у меня дети, разводы, ремонт. Я -- сейф. Намертво приколоченный. Но даже сейф иногда надо сдвигать с места -- отвинчивать шурупы от пола, аккуратно переносить: пыль под ним протереть, проветрить. Да мало ли для чего нужно сдвинуть, но нужно обязательно. Это она хорошо придумала. Ни черта не получится, конечно, но чего об этом сейчас-то думать. Сейчас и иллюзия хороша -- необыкновенно хороша.

-- Давай, -- я обрадовалась, честно. Даже если только на секунду поверить -- никакой я не сейф. Я -- бабочка. Просто у меня промокли крылья. Сейчас вернусь домой, подсушу и... как взлечу!

Я проводила её до машины. Пискнула сигнализация. Я повернулась и пошла домой.

Как же надоел ремонт! Нет ничего хуже ремонта, ничего. Как же я устала. Хотела было пойти убирать, как вспомнила о коробке. Ленточка легко развязалась, стоило только потянуть. Хрустнул пергамент. Под пергаментом, в святая святых коробки лежал кашемировый палантин.
Tags: зарисовки
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 55 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →