Мирка (inkogniton) wrote,
Мирка
inkogniton

В приёмной физиотерапевта сидит женщина лет шестидесяти -- невысокая, смуглая, в тяжёлых очках. Время от времени она вздыхает и кряхтит. Что-то бормочет про себя, машет рукой.

-- Ну что, дорогая, -- обращается к ней секретарь, -- лучше? На когда следующий визит назначать?
-- Ну подожди ты со следующим, -- вздыхает женщина, -- дай передохнуть от этого. Сейчас, я посижу немного, воды выпью, отдохну и тогда скажу. Ты вот лучше скажи мне, ты видел какого дурака в Америке в президенты выбрали? Дурак самый настоящий, что ни день всё другое говорит. Вообще другое.
-- А наш что -- лучше? -- усмехается секретарь, а я молчу, боюсь упустить.
-- У нас такой же дрек, -- вздыхает женщина, -- но он, по крайней мере, честный. Он как говорит: всё как было плохо, так и есть, так и будет. Честно же, как есть. Вон смотри, -- машет она рукой в сторону улицы, -- даже погода сплошной дрек! Как вообще жить с такой погодой и почему с этим ужасом никто ничего не делает? -- На улице необычайно жарко. Жарче чем вчера, но лучше, чем обещают завтра. Завтра обещают экстремальную жару. Я с грустью думаю что то, что сейчас, тоже вполне сойдёт за экстремальную.
-- А что он может сделать с погодой? -- удивляется секретарь, -- он же президент, а не всевышний.

-- А я почём знаю! -- женщина вскидывает руки, отирает щёки и вздыхает, -- но он же президент! Вот пусть и сделает что-нибудь! Он не сделает, знаешь почему? -- поворачивается она вдруг ко мне.
-- Почему? -- вздрагиваю я.
-- Потому что он честный! Сказал, что есть и будет плохо, вот и выполняет. Не то что этот американец! Даже плохо толком пообещать не может. Какой дурак! Я бы тоже так смогла, даже лучше смогла бы. Но мне ещё десять сеансов этого кошмара. Садисты, -- кричит она в сторону комнат, где физиотерапевты издеваются над несчастными, -- истинные садисты!
-- Ривка, -- кричит физиотерапевт, -- не бурчи, а назначай очередь!
-- Ох-хо-хо, -- вздыхает женщина, тяжело встаёт, наливает себе ещё стакан воды и садится в кресло. -- Ну назначай давай, чего уж тут. Нет, подожди, -- смотрит в окно, вздыхает ещё горше и качает головой, -- Не люблю лето! Вообще не люблю. Как жить-то?
-- Да кто ж его любит, -- участливо поддерживает беседу секретарь. Он уже было уткнулся в компьютер, но нет, пока не время назначать.
-- И зиму не люблю, -- вздыхает Ривка, -- в плюс пятнадцать, да с ледяным дождём! Сдохнуть можно, как есть сдохнуть.
-- И зиму никто не любит, -- терпеливо поддакивает секретарь.
-- Я вот, -- мечтательно отхлёбывает Ривка воду из пластикового стаканчика, -- весну люблю. Когда плюс двадцать пять. Тогда ни кости от холода не болят, ни голова от жары. А ты говоришь очередь назначать. Я умру до следующей очереди вообще. Умру и некому будет её отменить!
-- Не умрёшь, -- кричит физиотерапевт из другой комнаты, -- ты всё время обещаешь! Очередь назначай, кому говорю. И домой скорей -- тебя внуки ждут!
-- Ой, -- бодро вскакивает Ривка, -- внуки же! Давай скорее назначай мне эту очередь, а то засиделась я тут!

*******

Физиотерапевт поразительно быстро находит самые болевые точки -- те, о которых вообще не знал, что они болевые.

-- Вот так больно? -- он что-то разминает, на что-то нажимает, у меня в глазах слёзы и я в состоянии только мычать.
-- Угу, -- мычу я и изо всех сил держусь, чтобы не закричать.
-- Да ну нет же, так это ещё не больно, -- спокойно сообщает он и нажимает где-то ещё. Я чуть не подскакиваю, из глаз брызжут слёзы, хорошо что он не видит, хорошо, что я лежу лицом вниз. -- Да, согласен, -- отвечает он на мои движения, -- так действительно больно. Тут не поспоришь. -- он нажимает на что-то ещё. Я дёргаю ногами, я сжимаю и разжимаю кулаки, я закусываю губу. -- Слушай, -- смеётся он, -- как интересно! Я нажимаю вот тут на шее, -- он нажимает в очередной раз, я опять дрыгаю ногами, пытаясь не издать ни звука, -- а дёргаются ноги! Какая интересная анатомия! Я волшебник! Я точно волшебник. Давай ещё раз. Я нажимаю вот тут на шее, вот прямо тут, -- я дёргаю ногами, я сжимаю и разжимаю кулаки, я глотаю слёзы, я закусываю губу, -- и точно, сразу начинают дёргаться ноги. Поразительно просто! Скажи, ты никогда танцами не занималась?
-- Угу, -- мычу я, не в силах поддерживать разговор.
-- Я так и знал! -- восторженно восклицает он, снова нажимает и восхищается -- и ведь как элегантно они дёргаются, ноги твои то есть. Прямо видно, что танцовщица. Поразительно просто. Давай ещё!


-- Ты знаешь, -- говорит он сам с собой, так как я только мычу, -- я вот заметил, что женщины, в большинстве своём, значительно более стойкие. Я вот когда вот так вот, -- он на что-то нажимает, что-то хрустит, я жую салфетку и думаю о том, что бывает хуже. Точно бывает. Только вот кому и когда? -- нажимаю, то половина огромных мужиков воют тут. Прямо в голос. А некоторые вообще вскакивают, глаза закатывают -- пощади! А вот женщины. Это совсем другое дело. Молчат будто самая важная цель в жизни молчать. И, что самое интересное, -- он продолжает нажимать, что-то продолжает хрустеть, я продолжаю жевать салфетку и молчать, -- чем женщина меньше, тем сильнее молчит! И всякие разные тихие звуки не в счёт. Ну вот такие, как ты сейчас издаёшь. Какие интересные, с ума сойти. И ещё ногами в такт. Слушай, а ты музыкой тоже что ли занималась?
-- Угу, -- мычу я и жую губу.
-- Я так и знал, так и знал! Ну слушай, -- вдруг обиженно обращается он ко мне, -- чего ты сейчас-то ногами дрыгаешь? Сейчас вообще практически не больно, ну не больно почти совсем! Вот сейчас, -- я чуть не вскакиваю, но терпеливо лежу, -- сейчас можешь дрыгать. Сейчас больно, да.

В самом конце я отдыхаю. Он аккуратно вытягивает мне шею и всячески успокаивает несчастные болевые места.

-- Боже мой, как у тебя голова прекрасно двигается! -- восклицает он, поворачивая мою голову во все стороны, -- и вот так двигается, и вот так, и даже вот так. Чудесно, просто чудесно! Изумительно двигается голова. -- я улыбаюсь и думаю о том, что такой комплимент ещё раз мне сделают ещё не скоро. Впрочем, нет, скоро. Уже на следующем сеансе.

-- Жалко, что ты не мазохист, -- говорит он мне на прощание, -- как прекрасно было бы. Приезжала бы, чтобы кайфовать. А то, небось, дома рассказываешь как я над тобой издеваюсь, какой я тут садист!
-- Конечно, рассказываю, -- смеюсь я, -- а ещё говорю, что надо было физиотерапевта себе найти, забот бы не знала.
-- Ха! Я вот тоже хотел бы физиотерапевта себе, а у меня жена -- архитектор. Я ей все точки показал, всё объяснил. Говорю -- вот тут нажми, вот здесь вот так помассируй. А она мне знаешь что? Я, говорит, если хочешь, могу тебе там чертёж начертить, у меня это здорово получается. А вот нажать, массировать -- нет, увольте. Поняла? -- смотрит на меня и смеётся, -- я ей -- у меня шея болит, помоги, а она мне -- давай чертёж сделаю. Вот так и живём. Всё, иди очередь назначай. Через три дня: два ближайших у тебя всё болеть будет, потом ещё один день лучше станет, как раз отдохнёшь и с новыми силами на новый мазохизм. Иди, назначай.

Я поднимаюсь, мне хочется кряхтеть и я хорошо понимаю Ривку. Мне бы тоже, перед назначением, немного передохнуть. Но я сдерживаюсь, назначаю очередь и выхожу на улицу. Воистину -- как обещали плохо, так и есть. Даже вот погода -- кошмар какой.
Tags: зарисовки
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 34 comments