Мирка (inkogniton) wrote,
Мирка
inkogniton

Дни лета: английская виза

Я бы хотела сказать, что то, что я сейчас расскажу, дело одного конкретного летнего дня. Но, увы, нет -- это длинная история, которая всё ещё продолжается. Это совершенно дивная история под названием прелести английской бюрократии. Полтора года назад я уже писала о всех прелестях процесса получения аглицкой визы, то была длинная эпопея, которую я кратко (не коротко как у людей, а кратко на полповести, как умею я) описала здесь и тут. Тогда я смеялась и успокаивала всех вокруг, обещая им что это одноразовое приключение. Но я же тогда не знала, что у нас появится дитя и всё начнётся сначала.

А начиналось всё вполне невинно. Дитя появилась на свет, мы быстро поехали и получили метрику и так же быстро начали оформлять ей израильский паспорт. В отличие от Америки, где родилась чадо, в Англии не даётся гражданство по факту рождения и потому получение израильского паспорта и английской визы (сравнивая получение израильского и американского паспортов) процессы не параллельные, а последовательные. Последовательность простая: сначала метрика, после паспорт и только после всего этого -- английская виза. Метрику мы получили достаточно быстро. Госпожа улыбалась нам, восторгалась умиротворённо спящей дитятей и клятвенно заверяла нас в том, что больше ничего не требуется: берите вот эту бумагу, улыбалась нам она, скачите в ваше консульство и там вам сразу же дадут паспорт. А бумагу точно не надо заверять? -- недоверчиво спрашивали мы, вспоминая как нас послали назад в Филадельфии, сообщив, что не могут выдать паспорта без апостиля. Что вы, -- махала руками госпожа, -- апостиль нужен только если копия, а вы заказали пять оригиналов, так что -- летите белыми лебедями и получайте свой паспорт. Какая маленькая, -- умилительно посмотрела она на дитяти, -- а уже будет с заграничным паспортом!

Домой мы должны были лететь в конце июля -- как только начинаются каникулы у чада. Соответственно, у нас было почти три месяца на то, чтобы оформить все документы. Успеем, -- посмотрели мы друг на друга и счастливо улыбнулись.

Израильское консульство в Лондоне находится в небольшом домике в центре города. Если не знаешь где оно и что конкретно ищешь, не найдёшь ни за что. Вот это конспирация, вот это я понимаю, -- восхищённо цокала языком я, оглядывая двух амбалов с автоматами рядом с никому неприметной калиткой. Нас пустили во дворик и попросили подождать: вас вызовут, не волнуйтесь. Мы-то не волновались, а вот дитя явно не была довольна таким положением вещей. Ей вообще, чести ради, не особенно понравилось то, что её тащут в какое-то там посольство вместо того, чтобы спокойно кормить и ублажать дома. Но мы уже приехали, назад дороги нет. Во дворике, кроме нас, стояла симпатичная девушка -- по виду японка. Вы тоже за визой приехали? -- озабоченно посмотрела она на меня. Нет, -- выдохнула я, -- мы граждане, нам хуже, к нам не надо как к туристам. Готова поспорить, -- усмехнулась я, -- вас вызовут первой. И точно -- не прошло и минуты, как вышел господин, внимательно посмотрел на нас и совершенно безошибочно обратился к нам на иврите: подождите ещё немного, пожалуйста. Обернулся к девушке, улыбнулся: проходите. Подождите, -- окликнула его я, -- мы-то подождём, но вот она, -- указала я на начинающую недовольно сопеть дитяти, -- она точно сейчас выскажет вам всё, что думает. Господин посмотрел на нас ещё раз и улыбнулся -- проходите.

Конечно же оказалось, что нужен апостиль. Конечно же нам сказали, что надо приехать ещё раз. Чести ради, милостиво согласились посмотреть на дитя сейчас и сообщили, что её привозить ещё раз не надо. Но вот вам, -- внимательно посмотрела на нас госпожа, -- надо приехать обоим ещё раз. Помилуйте, -- растерялись мы, -- как же мы приедем вдвоём и без неё? Мы, -- вздохнули мы, -- пока, к сожалению, не можем ей написать записку мол, молоко в холодильнике, скоро будем, родители. Госпожа всё смотрела на нас и тяжело думала. Так и не придумав, она пошла советоваться со старшими товарищами. Старшие товарищи оценили ситуацию и милостиво позволили вернуться только одному из нас. Ура! -- сказали мы. Двойное ура, -- воскликнули мы, выйдя за ворота, -- через неделю, максимум, две, у нас будет паспорт и мы все поедем домой, как и планировали.

Паспорт действительно пришёл через пару недель и мы радостно заказали билеты. Мы планировали нашу поездку: чадо идёт в один лагерь, потом в другой, я договорилась встретиться со всеми друзьями, родственники зарезервировали вечера с нами -- в общем, всё как всегда: суматошно, радостно и забито под завязку.

-- Дорогая, -- обратился ко мне Ыкл пару недель назад, -- я-то ладно болван, но чего же ты мне не сказала, что дитяти нужна аглицкая виза? И без этой самой визы мы никуда не сможем улететь.
-- Как это не сможем? -- поразилась я.
-- Очень просто. Не сможем и всё тут. Вернее, чтобы быть совершенно точным, то выпустить её, конечно, выпустят, а вот с впустить будут проблемы. То есть, её впустят, но как туристку. И тогда через полгода её выгонят. А нас оставят. У нас же виза.
-- Как это выгонят? Куда выгонят? Кого выгонят? -- растерянно бормотала я, чувствуя, что никуда я не полечу.
-- Вот так. Нам надо срочно оформить для неё такую же визу, как для нас.
-- Так что ты стоишь? -- выдохнула я, -- беги и оформляй!

Ыкл погрузился в заполнение форм и вынырнул через пару часов.

-- Значит так. У меня для тебя плохие, средне-плохие и очень плохие новости. С каких начинать? -- деловито поинтересовался он.
-- Давай со средне-плохих, -- вздохнула я.
-- Средне-плохие: это стоит как крыло самолёта, как ты любишь говорить, -- он назвал сумму и я на секунду потеряла дар речи.
-- И это средне-плохие? -- выдохнула я.
-- Да! -- радостно согласился он, -- переходим к очень плохим. Этот процесс длится восемь недель. И если не случится чудо и они не будут шевелиться в два раза быстрее, то мы никуда не едем. Подожди, -- оборвал он мою попытку охнуть, -- есть ещё плохие. Можно, кажется, заплатить ещё одно крыло за быстрое оформление. Но это не точно. Надо им написать и спросить.
-- Ну что ж, -- вздохнула я, -- плати, конечно, -- я мысленно попрощалась с теми прекрасными кроссовками, которые облюбовала себе как раз для поездки и с дивным шёлковым платьем, на которое смотрела уже какое-то время и всё ждала распродажи: теперь даже распродажа не поможет, -- только скорее, а то действительно никуда не поедем.

Ыкл побежал платить, заполнять, оформлять, а я осталась горевать о кроссовках и платье.

-- У нас проблема, -- он выдернул меня из моих мыслей о платье ровно тогда, когда я его примерила, сняла, погладила, но всё ещё не успела сказать до свидания, -- там написано, что им надо выслать все документы, включая паспорт, в течение двух недель с момента оплаты. Но если мы им вышлем её паспорт, то как же мы полетим? А если не вышлем, то что тогда?
-- Ты меня спрашиваешь? -- ошалело посмотрела на него я.
-- Дорогая, -- вкрадчиво-ласково начал Ыкл и я поняла, что сейчас мне будет задано задание, которое мне совершенно не понравится, -- у меня невероятно болит ухо и я почти ничего не слышу. Не могла ли бы ты быть столь любезна и позвонить им и всё узнать. У тебя так хорошо получилось разговаривать с ними в прошлый раз! -- услышав про прошлый раз я содрогнулась и продолжила молчать, -- ну дорогая, иначе же никуда не полетим, позвони им, пожалуйста.

-- Добрый день, -- начала я разговор с господином, -- у нас проблема следующего характера, -- начала я. Я красочно расписала необходимость поехать домой: увидеть бабушек, дедушек, коллег, друзей, родную землю и не менее родную пальму под ещё более родной квартирой, снятой ровно на предполагаемый период пребывания. Я объяснила как мы всё заплатили, рассказала какие мы молодцы -- дитяти ещё и двух месяцев нет, а мы вон как быстро обернулись: у нас уже и метрика, и паспорт, вот только дивной аглицкой наклейки в паспорте не хватает. Посоветуйте же нам скорее, пожалуйста, что нам делать теперь.

Господин внимательно выслушал и сообщил приблизительно следующее: оформление берёт около восьми недель, можно ускорить этот процесс быстро заплатив ещё почти столько же, без визы её пустят назад исключительно как туристку и поменять статус совершенно, просто совершенно, невозможно, поэтому её, наверное, выгонят через полгода. Но, -- вдруг бодро сообщил он мне, -- вы можете всё сделать по-другому. Езжайте себе домой и делайте всё это оттуда. Тогда вы сможете вернуться тогда, когда ей дадут визу. Но имейте в виду, что -- строго добавил он, -- во-первых, деньги мы вам не вернём (ещё бы, ведь без них пропадёт вся английская экономика), а во-вторых, вам придётся ждать сколько придётся чтобы вернуться. Без наклейки в её паспорте -- никак. Даже не думайте.

После я звонила людям, работающим на пограничном контроле. Ну, -- сказали мне, -- если будет хотя бы бумага, что ей делается эта виза, то мы вас, конечно, пустим. Не изверги же мы, -- добавил господин снисходительно, -- в конце концов.

-- Как только отошлёте нам паспорт, -- сообщили мне в отделе виз, -- мы вам тут же выдадим бумагу, что оформляем ей визу.
-- Но она же не может лететь без паспорта? -- удивлялась я, пытаясь понять кто тут сошёл с ума.
-- Про это мы ничего не знаем, -- сдержанно сообщали мне, -- про это звоните в службу пограничного контроля.

-- Нет, без паспорта лететь невозможно, -- вежливо и терпеливо объясняли мне пограничники, -- но бумага тоже нужна. Ага, значит бумага будет только если отошлёте им паспорт? Ну, что ж, мисс, искренне вам сочувствуем, но ничем, увы, помочь не можем. Звоните в отдел виз.

Ыкл направил прошение заплатить за срочную службу и на следующий день отправил все документы бюрократам.

-- Боже, что мы наделали! -- охал он на следующий день, поняв, что никто с нас денег за быстрое оформление брать не собирается и быстрое оформление отменяется, -- мы не сможем поехать! Звони им срочно и спроси можно ли забрать документы назад! Срочно!

-- Можно забрать, -- вежливо сообщил мне господин, -- мы можем вам их выслать назад. Но есть два но. Во-первых, вы теряете все деньги (чёрт с ним с деньгами, зашипел Ыкл), во-вторых, документы вернутся к вам через пятнадцать-семнадцать рабочих дней. В-третьих, вы должны будете всё оформлять за границей опять, она не может въехать без визы.

-- Давай скажем им выслать нам наши документы! -- охал Ыкл, -- а потом, уже дома, подадим опять и будем дома их ждать.
-- Ты забыл сколько мы ждали их дома в прошлый раз? -- содрогнулась я, -- это же я могу застрять там на три месяца! А мне на работу! Да и кроме того, -- нервно добавила я, -- документы, скорее всего, не дойдут до нашего отъезда! И я уже не говорю о том, -- грустно вздохнула я, -- что я попрощалась и с кроссовками и с платьем, а теперь что -- мы их просто подарим английским бюрократам? За какие такие заслуги?
-- А что ты предлагаешь? -- горько посмотрел на меня Ыкл, -- так что, мы не летим?
-- Это мы не летим, -- покачала головой я, -- я и дитя. А вы как раз летите.
-- Ну нет, так я не согласен, надо что-то придумать! Я без тебя не полечу! -- он пылал праведным гневом и всё смотрел на меня.
-- Полетишь, конечно, что ж теперь, всех наказывать?

На следующий день Ыкла посетила гениальная идея.

-- Срочно звони в израильское консульство! Расскажи им вкратце и спроси что делать. Попроси прислать какой-нибудь временный паспорт!
-- Какой временный паспорт? -- поразилась я, -- нет такого!
-- А ты позвони и узнай!

Я позвонила в консульство. После получаса ожидания мне ответили.

-- Дорогая госпожа, -- вежливо начала я, -- у нас такая история приключилась. -- Я в красках описала все наши злоключения, объяснила про пожилых дедушек и бабушек, мечтающих увидеть новую внучку; объяснила про коллег, которые нас ждут с нетерпением, потрясла регалиями, пожаловалась -- я сделала всё, что могла.
-- Что значит временный паспорт? -- удивилась госпожа, -- нет такого, о чём ты говоришь вообще?
-- Я говорю о временном паспорте, -- уверенно сообщила я, понимая, что совершенно не понимаю о чём говорю, -- о каком-нибудь документе, позволяющем дорогому дитяти пересечь границу. Два раза. Сначала туда, а потом назад.
-- Подожди, я переведу тебя к главному консулу, -- растерянно сообщила мне госпожа.

Меня перевели к главному консулу и я снова рассказала всё сначала. Я всё говорила и говорила, консул терпеливо слушала и не прерывала.

-- Но подожди, -- заговорила консул, когда я взяла временную паузу, -- нет такого: временный паспорт. Не существует. Можно, наверное, теоретически, сказать, что вы потеряли паспорт и тогда мы будем оформлять новый. Но во-первых, -- у меня заныли зубы. Столько во-первых, во-вторых и в-третьих я не слышала уже давно, -- мы тесно сотрудничаем с английским отделом виз. И мы пошлём им запрос и тогда вам, скорее всего, будет отказано. Ведь у вас же уже есть паспорт. А если и не будет отказано, то при пересечении границы вас запросто может задержать интерпол! -- услышав слово интерпол, я представила себе в красках как к нам подходят бравые ребята, надевают на дитя наручники и выводят её с позором из аэропорта. Как злостного нарушителя границ. Отчего-то стало так весело, что я даже на минуту перестала слушать. Когда я снова начала слушать, я услышала -- но даже если всё будет нормально, если вам разрешат, если не задержит интерпол, то тогда: во-первых, -- у меня снова заныли зубы, -- весь процесс получения визы отменится, так как она будет в официально потерянном паспорте. И тогда вы потеряете все деньги, всё надо будет начинать сначала и не факт, что вас пустят назад. А во-вторых, -- я приготовилась слушать, -- оформление нового паспорта занимает до тридцати рабочих дней и вы всё равно не успеваете никуда поехать. Понимаете? -- замолчала она, ожидая ответа.
-- Понимаю, -- вздохнула я, -- и что нам делать?
-- Гулять в Лондоне! -- воскликнула консул, -- тут так хорошо! А домой поедете в следующий раз. По крайней мере, -- задумчиво добавила она, -- ты и дитя. Так что, всего хорошего!

Я закончила разговор и села на ковёр, уставившись в стену. Ну что ж, моё неосторожно брошенное в небеса -- хочу хоть недолго побыть одной, в смысле только с дитятей -- кажется сбудется. Впрочем, может случится чудо и паспорт с визой придёт раньше, подумала я и решила позвонить и узнать как продвигается процесс.

-- Спасибо за звонок, -- вежливо ответил мне господин, -- простите, но мы не отвечаем ни на один вопрос на эту тему пока не истекли восемь недель со дня подачи документов.
-- Но нам, теоретически, -- как заведённая повторяла я, -- улетать через три недели.
-- Вот и улетайте, -- вздохнул господин, -- но исключительно теоретически. А вот через восемь недель, если паспорт всё ещё не придёт, звоните, с удовольствием ответим на все ваши вопросы. Через восемь недель. Хорошего дня, мисс!

-- Слушай, у меня ещё одна гениальная идея! -- прибежал ко мне Ыкл, -- надо писать сенатору нашего района!
-- Кому надо писать? -- поразилась я.
-- Сенатору! Надо ему всё объяснить и попросить его поторопить кого там надо торопить, чтобы нам скорее сделали паспорт!

Он скрылся в кабинете, просидел там целый час и вышел невероятно довольный собой.

-- Держи, -- протянул он мне распечатанный текст, -- читай.

На двух страницах текста шло подробное описание всех злоключений с визой. Ыкл упомянул все наши регалии и рассказал о невероятном желании всех на свете наконец познакомиться с совершенно новым нашим приобретением. Он также упомянул непреодолимое желание коллег нас видеть и не только их. Он сердечно благодарил за любое содействие и помощь.

-- Прекрасное письмо, -- восхищённо сообщила я, дочитав, -- только сдаётся мне, оно останется без ответа.

Это совершенно дивная и, кажется, бесконечная история. Впрочем, нет, конечная. И когда будет конец нам сообщат через восемь недель. Как раз через три недели после их возвращения.

-- Так вы прилетаете или нет? -- вопрошают меня все, кто только может.
-- Они точно прилетают, -- уклончиво отвечаю я, -- а мы -- не знаю.
-- А когда ты будешь знать? -- настойчиво спрашивает мама.
-- Через восемь недель после подачи документов, -- как автомат отвечаю я, -- то есть, через три недели после их возвращения.
-- Тьфу на тебя! -- сердится мама, -- ты чего, с ума сошла? Как через восемь недель? Почему?

-- А она не может лететь без паспорта? -- серьёзно спрашивает мама.
-- Как это без паспорта? -- удивляюсь я.
-- Очень просто, по метрике! Она же совсем маленькая, что они там себе думают вообще?! Это же бред какой-то! Спроси у них не могут ли они сделать для неё исключение и дать ей лететь по метрике!
-- Я обязательно у них спрошу, -- смеюсь я в телефон, -- вот через восемь недель и спрошу.

Мне очень хочется дать маме номер телефона отдела виз. Может у неё получится их убедить. Меня лично она может убедить почти в чём угодно.

Это длинная история, совсем не один день лета. Но она всё ещё тянется. Так что -- может по праву занять своё место в моих летних днях. Тем более, что её окончание планируется английскими службами как раз в конце лета.

Чудесного всем дня!

Ваша Я.
Tags: жизнь, зарисовки, стёб
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 59 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →