Мирка (inkogniton) wrote,
Мирка
inkogniton

Дни лета: эль, фамилия, прядь

Как-то не получается у меня нумеровать толком свои летние дни, но писать стараюсь исправно. Ну и ладно -- лучше, наверное, так, чем совсем никак. Всё боюсь потерять запал, правда, отдаю себе отчёт в том, что, скорее всего, потеряю всё равно.

*******

Большинство моих дней -- сплошной день сурка. Они так мало отличаются друг от друга, что кажется, что писать совершенно не о чем. Апогей дня -- вечер, когда становится темно, когда всё, вроде, сделано, когда вот уже почти ложимся спать -- вот тогда я позволяю себе полбокала эля и жизнь начинает быть невыносимо прекрасной. Я мечтаю об этом эле с середины дня. Я бы, может, мечтала с самого утра, но утром даже на это совершенно нет времени. Холодный, тягучий, горчащий эль примиряет с действительностью и даёт невероятное ощущение свободы, сама не знаю от чего. Я искала в интернете сведения о том, как сочетается кормление с распиванием спиртных напитков, и, истерически смеясь, читала откровения мамы семилетнего ребёнка. Мне нисколько не мешает кормить, -- писала мама, -- я ведь пью бокал вина каждый вечер и, благодаря этому, чувствую что нисколько не ограничиваю себя ни в чём, что связано с кормлением. Мой ребёнок, -- продолжала она, -- уже, слава всем святым, спит почти пять часов ночью и поэтому я успеваю протрезветь и могу с новыми силами его кормить. Я читала и представляла себе этого ребёнка (он уже, по моим подсчётам, во втором классе), который просыпается среди ночи и кричит: мамаша, идите скорей сюда, я проснулся и мне необходимо подкрепиться. Я представляла как она встаёт с кровати, мотает головой, стряхивая остатки сна и алкоголя и бежит: да, дорогой, мама уже идёт. Мама, -- сурово смотрит ребёнок, отрываясь от груди, -- не пейте больше шабли на ночь, у меня от него изжога и газы. Сколько можно просить -- если уже пьёте, то исключительно красное сухое. От него сразу нега и блаженство.

Я рассказала об этом Ыклу, на что он философски заметил, что, в принципе, можно кормить и до восемнадцати, никто не мешает. Более того, тогда уже можно не только бокал вина вечером маме, но распить вместе бутылку и закусить молоком. Отчего бы, собственно, и нет.

*******

Теперь можно смело сказать, что так сложилось, но у наших детей разные фамилии. Когда родилась чадо, мы долго спорили чья фамилия будет идти первой. То, что у неё будет двойная фамилия, было ясно сразу. Вопрос был только в том, в каком они будут порядке. Мы договорились писать их в алфавитном порядке -- тогда по-английски моя фамилия идёт первой, на иврите же второй. Теоретически, по-русски моя фамилия тоже должна идти второй, но у неё нет ни одного документа на русском языке, так что это исключительно теория. Мы всё чудесно решили, объяснили это всё в израильском посольстве и в её заграничном паспорте шла сначала моя фамилия, а потом Ыкла. Мы так же дивно всё объяснили в Израиле, когда оформляли ей израильское удостоверение личности. Сбой случился тогда, когда надо было получать новый израильский паспорт. Они не стали нас слушать и записали фамилию в том порядке, в котором она была в удостоверении личности. Ты расстроилась? -- спрашивал Ыкл, -- если да, то мы можем пойти и всё поменять! Но к тому времени и я и он успокоились на эту тему, я махнула рукой и мы ничего менять не стали.

Когда родилась дитя, Ыкл задумчиво сообщил -- ты знаешь, сказал он, я думаю лучше сразу записать её во всех документах так, что твоя фамилия первая, а моя вторая. Почему? -- удивилась я. Я подумал, -- серьёзно посмотрел он на меня, -- что так симпатичнее, ведь твоя фамилия не склоняется по-русски, а моя склоняется. На том и порешили. Мы оформили метрику и записались в поликлинику. Через неделю мне позвонили из поликлиники.

-- Мисс, -- раздался в трубке приятный женский голос, -- мы звоним уточнить кое-что. Судя по нашим записям, у ваших дочерей разные фамилии, это так случайно, надо это исправить?
-- Нет, -- сдерживая смех, ответила я, -- это так и есть. У нас две дочери и у них действительно разные фамилии. В смысле, фамилии одинаковые, но порядок разный.
-- Но мисс, -- вежливо продолжила уточнять госпожа, -- если разный порядок, то это разные фамилии, вы это понимаете?
-- Понимаю, -- кивнула я.
-- Хорошо, мисс, тогда я тут пометку сделаю, что это не ошибка и фамилии действительно разные.
-- Но они же одинаковые, -- для чего-то повторила я, -- только порядок разный.
-- Да-да, -- согласилась милая девушка, -- конечно одинаковые, просто разные. Не беспокойтесь, мисс, -- быстро добавила она, -- я всё поняла: разные дети, разные фамилии. Всё нормально.

Я немедленно вспомнила историю про нашего коллегу, который живёт в Штатах. Фамилия коллеги, допустим, Иванов. Когда у Иванова родилась дочь и они получили паспорт, в паспорте значилось Иванов Маша (к примеру). Скрупулёзный коллега растерялся от такой вольности. Он взял паспорт жены, пошёл туда, куда надо было пойти, и долго объяснял им про склонения. В русском языке, объяснял он, женская и мужская фамилии иногда отличаются. Но не сильно. Видите, -- показал он им паспорт жены, -- она не Иванов, а Иванова! Это та же самая фамилия, но в женском варианте. И теперь, когда вы всё поняли, не могли ли бы вы исправить фамилию моей дочери, чтобы она тоже была Иванова? Сидящий перед ним господин внимательно слушал, кивал, ещё слушал и ещё кивал. Я всё понял, -- сообщил ему господин, -- оставьте мне, пожалуйста, паспорт жены и всё будет в лучшем виде. Довольный Иванов пошёл на работу, радуясь что так хорошо всё объяснил. Через какое-то время они получили по почте паспорта -- жены, в его первозданном виде, и дочери -- в изменённом. В новом паспорте фамилия действительно была исправлена. Теперь с первой страницы паспорта на Иванова смотрела дивная фамилия: Иванов-Иванова.

*******

Когда на меня из зеркала смотрит не знакомая мне, старая, страшная, пугающая меня женщина, я немедленно понимаю -- мне пора стричься. У меня дивная парикмахер. Мы знакомы уже год, она всё ещё немного боится меня стричь (тебе нравится только определённая стрижка, к тому же короткая, а короткие стрижки самые сложные!), но она очень старается. Даже если что-то не совсем то, я всегда сообщаю -- ничего страшного, отрастут, опять будет кошмар и тогда сделаем ещё лучше.

Я очень люблю свою фиолетово-малиновую прядь. При виде неё у меня немедленно повышается настроение, мне хочется петь и плясать и мне кажется, что я могу свернуть горы. К сожалению, она достаточно быстро выцветает и становится непонятного грязного рыжего цвета, от которого у меня портится не только настроение, но, кажется, киснет даже молоко в холодильнике. Неделю назад я поняла, что я больше не понимаю что это смотрит на меня из зеркала -- кто бы оно ни было, я его предпочитаю не знать.

-- Мне надо срочно постричься! -- сообщила я Ыклу.
-- Да пожалуйста, -- не отвлекаясь от компьютера, ответил он мне, -- в чём проблема?
-- Проблема в том, -- дёрнула я его за плечо, привлекая внимание, -- что на этот раз мне придётся уйти надолго! Вот смотри. Чтобы вот эта, верхняя, часть стала нормально фиолетовой, как мы любим, сначала её надо обесцветить. Понимаешь?
-- Понимаю, -- растерянно посмотрел на меня Ыкл, -- но всё ещё не понимаю почему мы это обсуждаем и почему надолго!
-- Как же ты не понимаешь! -- огорчённо посмотрела на него я, -- смотри: обесцветить это минут сорок, постричь -- ещё минут сорок, а потом покрасить -- ещё, как минимум, двадцать пять. И я даже не говорю о том, что надо ещё высушить и уложить! Как ни крути -- три часа. Теперь понимаешь?
-- Понимаю, -- повторял он, как заведённый, -- и что?
-- Как что? Ты же знаешь, что я не могу уйти больше, чем на два! Как же я это проверну?
-- Хм... -- задумался Ыкл, -- слушай, а ты сделай всё это не за один раз, а за два. Позвони ей, объясни, скажи, что у тебя есть три часа, но в виде два по полтора. Пусть она сама тебе скажет в каком порядке что делать.

Я позвонила.

-- Хм... -- задумалась моя любимая парикмахер, -- можно сначала постричь, а во второй раз покрасить и обесцветить. Но тогда второй раз может занять больше полутора часов. Или можно постричь и обесцветить, а после покрасить. Сейчас, погоди, я подумаю.
-- А может, -- осторожно начала я, -- мы сделаем так: ты нанесёшь то, что надо, чтобы обесцветить, пока оно там будет обесцвечиваться, ты меня будешь стричь, а потом, видимо во второй раз, мы покрасим?
-- Ты гений! -- воскликнула парикмахер, -- так и сделаем.

Я шла вчера в парикмахерскую и думала о том, что я почти нормальный человек. Отхожу от дома больше, чем на метр. Иду стричься, будто жизнь такая, как и была раньше. Ура, думала я, предвкушая изумительный час. Или даже полтора.

Она нанесла мне на прядь перекись и начала стричь.

-- Слушай, -- вдруг оторвалась она от процесса, -- а ведь мы всё можем успеть за один раз! Я тебя сейчас быстро постригу, смоем перекись и у нас останется ещё целых полчаса -- как раз хватит на краску.

Мне было так хорошо -- мне принесли кофе с печеньем, я сидела, прикрыв глаза, наблюдая за клиентами и немного подслушивая разговоры, меня стригли и красили. Да, конечно, давай всё сделаем за один раз.

Я вышла оттуда на полчаса позже положенного времени. Я уже выходила, когда мой телефон зазвонил.

-- Ты где? -- обеспокоенно спрашивал Ыкл. На фоне рыдала дитя.
-- Я выхожу из парикмахерской и направляюсь домой. Скоро буду, -- спокойно ответила я, делая вид, что не слышу мольбы об обеде.
-- Но она плачет! Ты же должна была прийти раньше! Она требует еду!
-- Я понимаю, -- философски заметила я и снова посмотрела на своё отражение в очередной витрине. Ох, как хорошо, её я, кажется, даже знаю! -- ты её отвлеки от этих мыслей, пожалуйста, -- спокойно продолжила я. Нет, всё-таки малиновая прядь обеспечивает организму столь необходимый заряд смелости, бодрости и определённой индифферентности, -- а я скоро приду. Так ей и скажи.
-- Но она очень громко требует! -- сообщил Ыкл и отодвинул от себя трубку, чтобы я оценила весь масштаб трагедии.
-- А ты ей объясни, -- игнорируя трагедию, спокойно продолжила я, -- что опоздавшая, но хорошо постриженная и покрашенная мама значительно лучше сидящей дома странной женщины, которую мама даже в зеркале не узнаёт уже несколько недель. Так и объясни. И вообще, -- быстро добавила я, -- я скоро приду, а до этого меня просто нет. Так и передай.
-- Изверг! -- вздохнул Ыкл, -- иди уже скорей!

Я торопилась домой, представляя как один голодный ребёнок сводит с ума взрослого мужчину. Я представляла как он ходит с ней по комнате, объясняет ей про то, что я скоро приду, как он растерянно пытается её успокоить, какой он сейчас бедный и несчастный. Я шла всё быстрее и быстрее -- их обоих надо срочно спасать.

Я прибежала домой, вошла, ожидая услышать громкие недовольные крики, но дома было подозрительно тихо.

-- Вы где? -- окликнула я.

Ыкл сидел на моём стуле перед компьютером. На руках он держал дитя. Она уткнулась ему в плечо и мирно сопела.

-- Так я уже не нужна? Мне можно опять уходить? -- деловито поинтересовалась я.
-- Уже почти не нужна, -- ехидно пробормотал Ыкл, -- ненадёжный какой обед! Пока дождёшься, устанешь и заснёшь!
Tags: жизнь, стёб, я
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 28 comments