Мирка (inkogniton) wrote,
Мирка
inkogniton

На улице то лето, то осень, словно погода никак не может определиться -- утром самая настоящая осень, которая, ближе к полудню, превращается в изумительное позднее лето -- когда тепло, но не мучительно жарко. Наверху светит солнце и слепят своей голубизной облака, внизу же слегка хрустят под ногами разноцветные сухие листья. И не дать этому никакого определения -- ни позднее лето, ни ранняя осень. Удивительно прекрасное вне сезонное время.

На этой неделе дитя во второй раз побывала на докладе. На этот раз доклад был на крайне интересующую и близкую мне тему -- я старалась слушать внимательно, пытаясь сконцентрироваться и не сбиться. Но, как оказалось, данная тема заинтересовала её не меньше, чем меня -- она радостно комментировала практически каждое предложение докладчика -- то удивлённо акала, то немного огорчённо охала, словно просила говорить помедленнее. Слушатели относились к нам великодушно и старались не обращать внимания. Я была с ней совершенно согласна -- доклад был прекрасный и у меня тоже было что сказать. К сожалению, я уже почти лишена этой детской непосредственности, потому только молча слушала, стараясь запомнить что надо спросить в конце. Следует отметить, что чадо свои первые доклады слушала приблизительно в этом же возрасте и всегда вела себя прилично. Наверное, именно поэтому (многолетняя тренировка) сегодня она радостно ходит, если надо, с нами на доклады, никому не мешает и иногда даже комментирует: мама, -- сообщила она мне серьёзно после доклада одной моей невероятно любимой коллеги, -- я всё слушала и даже записывала, -- она помахала мне издалека листком, на котором действительно было что-то написано, смутно напоминающее название доклада и пару первых строк, -- но есть несколько вещей, которые я не до конца поняла. Хорошо тебе, -- вздохнула я про себя, -- о себе я не могла сказать, что у меня всего несколько не понятых вещей, но ничего этого вслух не сказала, лишь продолжила слушать: так вот, мама, -- серьёзно продолжала чадо, -- не могла ли бы ты попросить её потом выделить мне время, тогда я спрошу всё, что плохо поняла?

Слушай, -- с понимающим участием обратился ко мне коллега, -- ты ведь могла не приезжать, это же ужасно сложно! Как это могла не приезжать? -- захлебнулась я от одной мысли, -- этот семинар -- тоже моё, лично моё детище (не говоря уже о том, насколько мне интересны эти доклады -- ещё бы, сама выбирала докладчиков)! Не могу же я бросить на произвол судьбы одно своё детище только потому, что появилось другое. И я уже не говорю о том, что он, как и дитя, пока ещё недостаточно окреп и нуждается в моей непрерывной материнской заботе! Ну, -- серьёзно посмотрел на меня коллега, -- если рассматривать этот вопрос под этим углом, то да, ты права, конечно, ты не можешь не прийти. Но, -- покачал он головой, -- ведь можно рассуждать так: у него, в отличие от дитяти, есть ещё няньки, все мы -- неужто мы не уследим, неужто загубим?! Даже если загубим, -- усмехнулся он, заметив моё скептическое выражение лица, -- то не за один же раз! Я киваю, соглашаюсь, неловко улыбаюсь, и всё думаю, что ни за что не оставлю столь любимое мной детище, с таким трудом взращённое, пока ещё слабоватое, пока только неуверенно ходящее (а нужно-то взлететь!) без своего присмотра. И это я люблю всё контролировать? -- смеётся Ыкл, -- посмотри на себя! Нечего мне на себя смотреть, -- бурчу я, -- я контролирую только то, что действительно нуждается в моём контроле, а то, что не очень нуждается, я вовсе не контролирую и даже не собираюсь, и не имею никакого на то желания! Я понимаю, -- саркастично кивает он мне, -- судьбы несчастных голодных африканских детей ты не контролируешь, но зато всё остальное... -- он смеётся и закатывает глаза.

После доклада у дитяти рандеву с нашим секретарём -- маме нужно быстро сделать несколько дел, мама не может делать их вместе с тобой, -- объясняла я дитяти в первый раз почему бросаю её на произвол судьбы, -- вот эта дивная госпожа будет тебя развлекать ближайшие пятнадцать минут, а потом я вернусь и восстановлю статус-кво. Как ты на это смотришь? Я всё боялась, что дитя расстроится и сердито сообщит мне, что не собирается оставаться с какой-то незнакомой госпожой, но она лишь оглядела её со всех сторон, вздохнула и, оказавшись на её коленях, подарила ей самую очаровательную улыбку. Я, несомненно, обрадовалась (можно уходить спокойно), но отчего-то стало немного неуютно -- уже сейчас она радостно остаётся с кем угодно -- идите, мамаша, не мешайте, сообщает она мне.

Я вдруг вспомнила как держала меня чадо когда мы впервые пришли в новый детский сад -- она крепко держала меня за руку и всё шептала: не уходи, мама, не уходи, подожди ещё минуту, я скажу когда будет можно. Тогда я терпеливо стояла, ждала и всё убеждала её, что не бросаю её там навсегда, но вернусь за ней в конце рабочего дня. Чадо ни секунды не сомневалась, но не отпускала и всё шептала: ещё минуту, ещё одну минуточку! Сегодня она заходит в школу, видит подруг и немедленно забывает о моём существовании, лишь подбегает на секунду поцеловать и пожелать хорошего дня. Хорошо вам, -- вздыхает одна из мам рядом, -- ваша подбегает вас поцеловать и даже разговаривает с вами, и всё это не тайно, а при всех. Моя, -- вздыхает она, -- меня уже стесняется, мы уже на следующем этапе: ей целых двенадцать, она огромная, самостоятельная и настоятельно просит меня обходиться без всех этих моих сентиментальных глупостей, которые включают в себя и поцеловать, и обнять и вообще показать прилюдно родство. Мы встречаемся опять когда приходит время забирать детей домой: стоим у входа и ждём когда их начнут выпускать. Одной из первых выходит девица -- на голову выше меня (что, впрочем, не так сложно), тонкая, практически невесомая; огромная копна волос туго стянута сзади в высокий хвост; очень серьёзная и невероятно взрослая -- она кивает маме, стоящей рядом со мной, та улыбается счастливо, но тут же стирает улыбку с лица, становясь серьёзной -- сейчас я буду идти за ней, -- сообщает она мне практически шёпотом, -- а вот ближе к дому мы уже будем идти вместе.

Вторую неделю подряд у дитяти рандеву с нашим секретарём. В первый раз обе осторожно оглядели друг друга, отпустили меня и пообещали вести себя прилично. Я бежала назад, всё страшилась, что дитя недовольно бурчит, мне всё представлялась наша героическая секретарь, которая усиленно пытается её успокоить и не сдаётся, не зовёт меня на подмогу. Я прибежала, оглядела поле боя -- они сидели вполне довольные друг другом, секретарь разговаривала с коллегами о делах, дитя серьёзно слушала и не издавала никаких звуков. Улыбнулась, завидев меня, и стало мне вдруг невероятно приятно -- пока всё ещё нужна, ура! А на следующей неделе вы тоже приедете вместе? -- аккуратно спросила меня секретарь, и добавила быстро -- если да, я буду очень рада посидеть с ней, пока ты там делаешь все свои дела. На этой неделе они встретились словно старые знакомые -- дитя, оказавшись у неё на руках, потеряла всякий интерес ко мне, лишь махнула благосклонно -- уходите уже, мамаша, и возвращайтесь когда сможете, мы тут сами управимся. Вернулась я достаточно быстро, секретарь вздохнула, вернула мне дитя и посмотрела с надеждой: на следующей неделе мы опять встретимся? О, нет, -- рассмеялась я, -- начиная со следующей недели нам дали место в яслях, ура! Ну вот, -- разочарованно посмотрела она на меня, -- а я так надеялась.

Перед докладом мы обедали в дивной пиццерии и рассказывали всякие курьёзы про разные доклады. Я всегда делаю доклады на доске, -- начала рассказывать я, -- но как-то раз меня пригласили и предупредили заранее, что доски не будет, совсем, никакой. Я тогда ужасно расстроилась, побежала к Ыклу с криком помоги, он же удивлённо пожал плечами -- я помогу, конечно, но совсем не так, как ты думаешь. Значит так, -- посмотрел он на меня, -- напиши слайды от руки, я их отсканирую, переведу в нужный формат и будут тебе компьютеризованные слайды. Я очень старалась -- аккуратно вырисовывала каждую букву, писала формулы, всё меняла ручки -- то на красную, то на синюю, то на зелёную. У меня получились очень красивые слайды. Ыкл посмотрел и недовольно пробурчал: почему ты писала на листках в клеточку? Это же не эстетично! Ничего, -- вздохнула я тогда, -- и так хорошо получилось. Будучи истинным перфекционистом, Ыкл открыл соответствующую программу, и в течение четырёх часов аккуратно и методично стирал все клеточки -- так, чтобы фон стал девственно белым. Я приехала на доклад, показывала слайд за слайдом и невероятно гордилась -- какие они получились красивые! После доклада мне задавали вопросы, я отвечала, и когда мне показалось, что больше никто ничего не собирается спрашивать, вдруг поднял руку организатор: можно задать вопрос не связанный напрямую с темой доклада? -- вежливо поинтересовался он. Да, конечно, -- ответила я и внутренне сжалась: что же это за вопрос? Прости, пожалуйста, -- вежливо начал он, -- не могла ли бы ты сказать каким фонтом ты пользовалась когда готовила слайды? Вот этим, -- я растерянно-смущённо подняла руки и показала ладони, -- только этим, так как никаким другим я не умею. Какой хороший фонт, -- рассмеялся он, -- жалко, что индивидуальный.

Что является залогом успеха любого доклада? -- спросил один из коллег. Я, я знаю, -- воскликнула я, -- во-первых, доклад надо заканчивать вовремя, а ещё лучше чуть раньше времени, а во-вторых, хотя бы треть доклада должна состоять из вещей, которые слушатели хорошо знают -- тогда они расслабляются, получают удовольствие и не засыпают сразу же, но даже пытаются понять то, чего до этого не знали. Вот! -- утвердительно кивнул коллега, -- второе не менее важное, чем первое! Как-то был я на докладе одного уважаемого коллеги -- закатывая глаза к небу, начал он свой рассказ, -- Он начал свой доклад с фразы в духе: начнём мы с самого базового объекта, с которым знакомы все, определение которого я лишь напомню -- с квантовой динамики. Все засмеялись, а я осторожно подумала, что вполне могла бы начать так же.

Мы возвращаемся домой, я покупаю в небольшой лавочке круассан с миндалём, под ногами хрустят листья, мне тепло, но не жарко, вокруг разноцветные деревья -- словно невидимый художник раскрасил листья во все возможные цвета. На улице межвременье и мне хочется, чтобы оно продолжалось подольше.
Tags: зарисовки
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 26 comments