Мирка (inkogniton) wrote,
Мирка
inkogniton

Categories:

Ни о чём; почти объяснительная. Наверное о том, что я почти вернулась

Семестр выдался тяжёлым -- ранние подъёмы, поздние возвращения, всё перебежками, всё надо успеть, ощущение, что не успеваешь ничего и оттого стараешься успеть ещё больше. Чтобы отвлечься и не думать с тоской о том, что опять вставать в половине шестого (за окном темень, хоть глаз выколи, кто вообще придумал такие ранние подъёмы, почему, за что, я же такая хорошая; молчи, грусть, молчи, сейчас быстро в душ, после кормить, завтракать, быстро повторить лекцию и настроиться на то, чтобы не заснуть во время собственной лекции -- бедные студенты, я-то хоть говорю, а им же всё это слушать и записывать!) придумала самой себе проект: ни разу не повторить ни одного наряда. Я всё смотрела на свои вещи и мучительно пыталась понять как я буду воплощать в жизнь мной же придуманный проект. Но я его уже придумала, не отступать же. Эксперимент оказался необыкновенно интересным. Я надела практически всё, что у меня было -- даже то, что не надевала сто, кажется, лет; даже то, что совсем не хотела надевать (бог мой, ну вот о чём я думала, когда покупала вот эту вот рубашку? я же о чём-то думала, я точно знаю -- и явно не об этой рубашке, ведь если бы я хоть секунду думала именно о ней, я бы её ни за что не купила!). Заодно поняла важное -- вот то, что я не была готова надеть даже ради этого сумасшедшего проекта (чести ради, такого совсем немного, но, что удивительно мне самой, оно есть) -- со всем этим, видимо, надо ласково попрощаться: прощай, дорогая вещь, надо сказать ей и утереть скупую слезу, нам было хорошо вместе, но теперь пришло время расстаться. В который раз клятвенно обещаю самой себе, что попрощаюсь со всем тем, что совершенно не готова надевать. Я также дала себе слово, что ни за что не куплю ничего нового (ради собственного же сумасшедшего проекта). Я держалась почти до самого конца, но к концу не сдержалась. Впрочем, у меня есть тому прекрасные объяснения, которые меня совершенно устраивают.

К примеру, я купила две пары сапог. Они мне действительно были необходимы -- у меня не было ни одной пары высоких сапог. Как вообще я жила столько лет без высоких сапог, вопрошала я, тряся руками в воздухе. К тому же, рассуждала я, они сразу вписываются в весь гардероб -- даже старый длинный свитер в мыслях заиграл новыми красками. Этот самый свитер -- то ли свитер, то ли платье, не пойми что -- я купила сто лет назад, в Нью-Йорке: мы гуляли до самой темноты, мне стало невероятно холодно и мы зашли в первый попавшийся (может, во второй, не помню) магазин -- в городе, который никогда не спит, магазины открыты до полуночи, какое счастье, -- мы выбрали первый попавшийся свитер, который закрывал всю меня. Он отработал своё уже в ту ночь, но я носила его ещё несколько раз, пока не решила, что я совершенно не понимаю как его носить. Я пыталась носить его с джинсами -- это было неплохо, но что-то совершенно неуловимое меня категорически не устраивало. Те сапоги, те божественные сапоги, которыми я любовалась целый месяц, о которых я прочитала всё, что только можно было прочитать, идеально подходили к этому свитеру (всё ещё мысленно, но я точно знала, что оно будет выглядеть именно так и никак иначе -- просто волшебно). Я ходила кругами вокруг этих сапог, я читала отзывы, я смотрела картинки. Я всё никак не могла решиться (боже, это же не цена, это чёрт знает что такое!). Но они идеально подходили практически ко всему, включая то, что я почти совсем перестала носить. И я сломалась. Они пришли, они идеально подошли, и свитер, тот самый не пойми что, внезапно оказался чуть ли не самым лучшим нарядом. Я шла в свитере и в сапогах и улыбалась -- мне было совершенно очевидно, что я невыразимо прекрасно выгляжу. Это, на самом деле, самое важное -- чувствовать, что ты прекрасен. На самом деле, это, как мне кажется, должно быть самым главным критерием -- удобство очень важно, качество не менее важно, но самое важное -- как ты себя чувствуешь в этом самом удобном и качественном. Походив в них несколько дней (всего один раз на лекцию, а то нарушится проект!) я поняла, что вот те вторые, которые мне тоже невероятно нравятся, которые я не купила, так как выбрала вот эти, которые чуть пониже, которые намного более хулиганские -- они мне тоже невероятно нужны. Я тяжело вздохнула, зажмурилась и купила их тоже. Эти две пары сапог -- просто покупка десятилетия.

Ещё я купила ремень. Я всё вздыхала, что с меня спадают джинсы (которые, помимо этого, мне невероятно нравятся), всё вздыхала, что придётся покупать новые джинсы, как меня осенило -- можно просто купить ремень (который, о ужас, стоит как дорогие джинсы без скидки, и как три пары джинсов со скидкой, но он же практически навсегда!) Ремень превратил меня в королеву, всё не могу нарадоваться его простоте и элегантности.

Как хорошо, что семестр закончился, я уже почти пошла по миру. Но осенью всё начнётся сначала -- надо бы подумать об этом уже сейчас.

*******

Стокгольм невероятно красив. Я всё думала как же мы справимся -- лететь на конференцию в полном составе казалось невероятной авантюрой. Но мы уже здесь, за окном мороз, а совсем близко (всего-то сорок пять минут на автобусе и метро) прекрасный Стокгольм. Я взяла чадо и дитя и мы поехали гулять по Стокгольму (пусть папа делает свои дела, а мы будем гулять, дела подождут!) Я не представляла куда ехать и что смотреть, я никогда не изучаю ничего заранее, я люблю сюрпризы. Посему я быстро посмотрела на карту Стокгольма, две минуты прочитала где же интереснее всего, записала маршрут и мы поехали. Наш путь лежал в один из самых старых районов Стокгольма -- Гамла Стан. На карте этот район казался относительно небольшим и, хотя я понимала, что мы не сможем обойти его весь, я думала, что мы обойдём большую часть. Но всё оказалось совершенно иначе. Это изумительное место испещрено небольшими улочками, каждая из которых по-своему прекрасна, на каждой разноцветные разнокалиберные дома и кучи небольших магазинчиков, из которых доносятся запахи, голоса, звоны и перезвоны. Мы шли в определённое место, но всякий раз ахали -- давай свернём на эту улицу, -- восторженно верещала чадо, -- пройдём по ней хотя бы чуть-чуть, а потом вернёмся сюда же и продолжим по плану. Мы всё сворачивали то на одну, то на другую улочку, каждая разветвлялась, и хотелось бродить кругами, спиралями, потеряться там хотя бы ненадолго. Мама, -- свернув на очередную улочку, охнула чадо, -- мне хотелось бы здесь жить, как королева! Я не уверена, что королева живёт на одной из этих улочек, но король построил свой дворец именно в этом районе. Я его, следует отметить, хорошо понимаю.

Мы выходили на очередную улочку и смотрели то на что-то изумительное внизу, то наверху, то сбоку. На секунду захотелось согласиться с чадом в её желании жить именно там -- в одном из этих, раскрашенных каждый в свой цвет, домов. Отчего-то вспомнился Амстердам, но нет -- это совершенно другое. Но для чего нам жить рядом с королём? Ужасный сосед -- если во дворце, к примеру, прорвёт трубу, нас вообще всех затопит. И потом, кто его знает, а вдруг он скандалист?! Эти монаршие особы, говорят, все как один невероятно привередливые и вредные.

Мы гуляли по старому городу несколько часов, но пришло время идти дальше. Мы перешли через длинный мост и оказались в совершенно другой вселенной -- значительно менее кокетливой, но серьёзной и прекрасной. Мы прошли мимо парка, посмотрели на знаменитую пешую улицу, заполненную закрытыми магазинами (на рождество здесь, именно на этой улице, прямо посреди улицы, стелют красную ковровую дорожку -- чтобы все хоть на миг почувствовали себя звёздами), свернули на очередную большую, так не похожую на узкие, разноцветные, кокетливые улочки старого города, улицу и побрели на остановку. Уже темнело и пришло время возвращаться назад -- в наше небольшое жильё. Ничего, мама, -- воодушевлённо сообщила мне чадо, -- в субботу мы опять оставим папу работать, а сами поедем в Гамлу Стан! Ты, мама, -- укоризненно покачала она головой, -- говорила, что это небольшое место, всего-то квадратный километр, а там, на самом деле, можно целый год гулять! Дитя пролопотала что-то в такт, явно соглашаясь с любимой старшей сестрой. Я всё думала, всё взвешивала, но чадо не давала мне думать -- мама, о чём ты думаешь? твой доклад в среду, а это значит, что в субботу можно опять приехать: сразу после завтрака, на целый день!

В Стокгольме невероятно приветливы. Мы заходим в небольшое кафе: простите, смущённо обращаюсь я к милой девушке, можно я здесь покормлю, а то на улице холодно, да и неудобно. Я в уголочке, никто и не заметит. Да, конечно, -- улыбается мне милая девушка, -- идите за мной, я покажу вам самое укромное место. Дитя довольно сопит, чадо ест пирожное, я мысленно повторяю доклад -- все заняты делом. Я всё вспоминаю и, наконец, отвечаю -- да, дорогая, согласна! В субботу мы бросим папу, и поедем (три девицы, как же прекрасно) в Стокгольм.

И всё прекрасно здесь, вот только всё ещё настоящая зима. Сегодня шёл снег, а я всё думаю о том, что в нашем саду цветут тюльпаны, а на улице в очередной раз цветёт что-то прекрасное, так похожее на вишню. Но это дома, в Лондоне, а здесь снег и холодно. Какое счастье, что у меня теперь есть такие прекрасные сапоги, в очередной раз оправдываю я свою собственную расточительность, в очередной раз украдкой смотрю на них и любуюсь.
Tags: жизнь, зарисовки
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 76 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →