Мирка (inkogniton) wrote,
Мирка
inkogniton

Categories:

Хроники коронавируса 33

Многие жалуются на карантин, я же, наверное, могла бы, если не должна была бы, теоретически, жаловаться сильнее многих: я только что вышла из полуторагодовалого карантина, в котором пребывала исключительно из-за наших же совместных усилий (или благодаря им, смотря с какой стороны посмотреть). В течение полутора лет, я кормила дитя каждые три часа и потому была на добровольной, но короткой привязи -- никуда дальше, чем в радиусе сорока минут я удаляться не могла. И вот, буквально несколько месяцев назад, мой полу-добровольный карантин закончился, я начала строить огромные сладостные планы как буду ездить каждую неделю, а то и несколько раз в неделю, в город и упоенно гулять там до изнеможения, как на тебе -- никакого города в ближайшее время опять не предвидится. Теперь город так же далек, как другая вселенная, хотя до него всего несколько остановок на метро. Впрочем, ближайшая станция метро, которая всего-то в паре километров, теперь тоже почти другая вселенная. Я туда когда-нибудь обязательно попаду, когда космические корабли начнут бороздить просторы и далее по тексту. Зато теперь много времени на работу, что, несомненно, не только не может не радовать, но, в каком-то смысле, перекрывает все остальные недостатки.

Видела фотографии Лондона в нынешнее время -- во время карантина и полной изоляции всех и вся. Я думала, что ничего не может поразить меня сильнее фотографий пустого Нью Йорка -- совершенно пустой моей любимой пятой авеню и ее окрестностей, пустой площади Колумба, пустой сорок второй улицы и, главное, совершенно пустого Таймс сквер. Но оказалось, что фотографии пустой Трафальгарской площади и абсолютно безлюдной площади Пикадилли, с совершенно свободными от кого бы то ни было ступеньками, и только продолжающей подмигивать рекламными огнями кому-то невидимому -- поразили меня ничуть не меньше. Вот -- вход на станцию метро на улице Оксфорд. Обычно он не просто переполнен, обычно надо стоять терпеливо снаружи и долго ждать пока стоящие впереди спустятся по всем ступенькам вниз, и дадут тебе, наконец, возможность тоже попасть на эти ступеньки. Этот вход пуст. Таким пустым он не бывает, кажется, никогда. Впрочем, как и всё остальное. Пустая площадь перед дворцом, обычно так густо заполненная людьми, что приходится подпрыгивать, чтобы увидеть что же там за забором и уворачиваться, чтобы не попасть во все случайные кадры всех желающих запечатлеть великий момент своего пребывания перед дворцом -- теперь она пустая, совершенно пустая. И даже, кажется, голубей нет. Впрочем, что им там теперь делать -- нет никого, кто насыпал бы крошек или хотя бы уронил несколько кусков какой-нибудь еды.

Т. рассказала, что теперь, во время карантина, они решили приучать ребенка к горшку. Ну а что, -- смеется она, -- самое время, всё равно больше делать нечего, всё время дома, по крайней мере так есть шанс не сойти с ума от процесса. А вы? -- спрашивает аккуратно. Что мы? -- я делаю вид, что не понимаю о чем речь. Вы не пытаетесь? -- спрашивает она в лоб. Я не могу не ответить и отвечаю честно, вздыхая и смеясь -- нет, мы не пытаемся. Во-первых, -- объясняю я издалека, -- у нас нет времени, во-вторых, дитя, кажется, еще не готова. А в-третьих, -- я задерживаю дыхание и продолжаю сквозь слезы, -- вот ты же знаешь, -- опять начинаю я издалека, -- что когда это всё началось, все бросились покупать туалетную бумагу, знаешь ведь? Знаю, -- растерянно отвечает Т., не понимая куда всё это идет, -- а ты не успела, ты это хочешь сказать? И теперь, -- продолжает она свои догадки, -- тебе жалко для ребенка?! Нет, -- смеюсь я сквозь слезы, -- я не об этом! Вот когда все бросились покупать туалетную бумагу, -- и снова начинаю я издалека, -- мне тоже стало страшно, но я же курица, понимаешь, и поэтому я не побежала покупать туалетную бумагу, но помчалась покупать подгузники! И теперь у нас немыслимое количество подгузников, и пока она их все не сносит, вообще не о чем говорить! Немыслимое это сколько? -- прагматично интересуется Т., -- на сколько вам еще хватит? -- она начинала серьезно, но не сдержалась и начала хохотать. На пару месяцев точно, -- я мысленно вспоминаю все упаковки стоящие друг на друге и занимающее пространство от пола до самой столешницы, -- на пару месяцев, как минимум! Так что, -- качаю я головой, -- пока все не закончатся, никакой путевки во взрослую жизнь не предвидится. И вот будет она потом тратить деньги на психолога, -- ехидно замечает Т., -- и со слезами на глазах рассказывать, как родная мать не давала ходить по-человечески на горшок, так как от жадности купила слишком много подгузников! Ничего, -- совершенно спокойно киваю я, -- я ей на это дам немного денег, это короткая тема, они с психологом ее быстро обсудят.

Вчера похолодало. На улице вдруг кончилась весна и снова вернулась зима с ее ледяным ветром прямо в лицо, который пронизывал, казалось, до самых костей. Утром у меня сильно болела голова, к тому же этот ветер, этот ужасный ветер. Я долго думала, но виновато сообщила всем, что сегодня я с ними гулять не пойду. Никак не могу. Просто не могу. Да и не хочу, честно говоря, подумала я, но говорить этого не стала. Они ушли гулять, я же думала, что у меня будут прекрасные полчаса в одиночестве и я побездельничаю, посмотрю новости, что-нибудь почитаю, но я вспомнила о незаконченном накануне вычислении и решила быстро его закончить, а в оставшееся время, рассудила я, пока они не пришли, я всласть посижу сама с собой. Я села за вычисление и, как мне казалось, прошла всего-то пара минут, я даже не успела его закончить, мне всё еще было нужно немного времени, но дверь внезапно распахнулась, и они все ворвались в дом. Как так получилось, что они так быстро вернулись, может что-то случилось? Я никак не могла понять этой загадки, никак. Они ворвались в дом с шумом, гамом, дом сразу стал очень полным. Я оторвалась от вычисления -- вы чего так быстро? -- удивленно посмотрела я на них, -- буквально пять минут погуляли, а сам же говоришь, -- заметила ехидно, -- что надо гулять хотя бы минут сорок. Мама, -- воскликнула чадо, -- мы гуляли сорок пять минут, ты чего? Сорок пять минут? -- меня, кажется, давно ничего не поражало так сильно. Как так может быть -- я же только две минуты назад села, я планировала быстро закончить и еще успеть посидеть в блаженном одиночестве, как так может быть?!

В месте, где должна была проводиться конференция, на которую я должна была улететь в воскресенье, я была один раз в жизни. Чаду тогда было два с половиной года, мы были приглашены вместе, и мы, недолго думая, взяли с собой чадо и поехали. Решили тогда по справедливости -- разделим доклады пополам: на половину буду ходить я, Ыкл же будет развлекать чадо, а на вторую половину он. Место там безлюдное, только природа и горы вокруг. Гуляли мы с чадом по окрестностям и вдруг увидели вдалеке медведя. Я, честно говоря, немного растерялась и даже, наверное, испугалась. Чадо же, которой мы читали книжки про разных добрых мишек, восторженно закричала -- мама, смотри, мишка! -- обернулась ко мне и попросила умоляюще, -- а можно мы пойдем его погладим? От такой перспективы я, кажется, на мгновение перестала дышать, но быстро пришла в себя и объяснила ей, что мишки, настоящие, вот такие, не очень любят когда их гладят. Они гуляют там сами по себе и им не нравится когда им мешают. Мама, -- она смотрела умоляюще, -- мы не будем ему сильно мешать, мы на секунду подойдем, скажем: здравствуй, дорогой мишка, погладим и пойдем дальше. Но медведя мы гладить не пошли, впрочем, чадо быстро отвлеклась, так как совсем рядом прошли несколько оленей и восторженная чадо теперь стремилась пойти и погладить их. В один из вечеров я вышла курить, а внизу, прямо рядом со ступеньками, стояли несколько койотов. Я стояла не двигаясь, только подносила сигарету ко рту и улыбалась им неловко: милые, а милые, идите себе дальше гулять, я совсем-совсем невкусная и совсем неинтересная. Койоты постояли несколько мгновений, лениво развернулись и так же лениво направились к лесу. Все мусорные баки там заперты на огромные замки -- это от медведей, объясняли нам местные, а то они приходят и всё разбрасывают. А внизу там небольшой городок, совсем небольшой -- мы ходили туда несколько раз, но ничего особенного не запомнилось.

Мой студент наконец-то проснулся и начал присылать наработки. Пока, правда, прислал только небольшой огрызок, но этот огрызок уже вполне неплохо выглядит -- так, что его, вполне вероятно, можно будет вставить в большой текст, почти ничего не меняя. Мы говорили в субботу почти два часа и говорили, как всегда, обо всем на свете. В начале беседы я часто предупреждаю, что у меня не очень много времени, что минут через двадцать-тридцать мне надо идти. Но он, каким-то образом, втягивает меня в беседы, из которых я с трудом выползаю через час или полтора. Он же смеется -- вы, говорит, всегда говорите, что времени нет, так что я уже не обращаю на это внимания. Ай, шайтан, и надо бы серьезно что-то сказать, но я смеюсь, делаю страшное лицо и говорю, что в следующий раз мы обязательно, просто обязательно (я делаю лицо еще страшнее, хотя куда уж страшнее) закончим вовремя! Конечно, -- серьезно смотрит он на меня, отворачивается на секунду от экрана и смеется. Ну что за вредные студенты пошли, ужас какой-то! Впрочем, меня мои дети не слушают, чего уж про студентов говорить. Несколько месяцев назад чадо сидела на полу в гостиной и что-то делала. Я тоже сидела в гостиной и работала. Но в какой-то момент она мне понадобилась и я ее позвала. Чадо не отозвалась. Я позвала еще раз -- никакой реакции не последовало. Я позвала в третий раз, уже мысленно планируя какой конкретно из имеющихся сковородок я сейчас ее стукну, но ответа всё еще не было. Чадо, -- позвала я голосом, из которого было очевидно, что я прямо сейчас встаю и иду за сковородой, прямо сейчас, -- ты меня слышишь? Я начала сомневаться -- а вдруг ребенок ненароком оглох за те пару часов, что мы не разговаривали. Чадо обернулась -- мама, -- четко и спокойно произнесла она, -- я тебя услышала, но я выбрала тебя проигнорировать. После этого она отвернулась и продолжила заниматься своими делами, я же настолько приросла к стулу, что даже не смогла пойти за сковородкой. А надо было бы!
Tags: жизнь, хроники коронавируса, я
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 43 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →