Мирка (inkogniton) wrote,
Мирка
inkogniton

Categories:

Как мы пытались купить дом -- часть восемнадцатая из многих

В радиусе пятисот метров от той школы домов было очень мало. Не только доступных, но вообще. Я внимательно просмотрела все объявления и выбрала два. Один -- выглядел мечтой, второй же я решила посмотреть, чтобы не приходить в тот первый пылая излишним энтузиазмом. Я позвонила в оба агентства и попыталась назначить просмотры. Просмотр второго дома мне назначили сразу же, а с просмотром первого возникли сложности. Все просмотры этого дома были назначены на субботу, но я никак, совершенно никак не могла в субботу -- Ыкл и чадо в гимназии, я не могу прийти с двумя детьми. Агент выслушал с пониманием и сообщил, что назначит просмотр на среду, но это будет предварительно -- надо было получить подтверждение от хозяев, что им это удобно.

Тем временем, я поехала смотреть второй дом. Он стоил столько же, но был намного меньше и в плохом состоянии. Единственное, что там было в порядке, как ни смешно -- проводка. Именно ее они поменяли, однако полы постелили старые, стены покрасили кое как, дом выглядел грустным и заброшенным. Они уже какое-то время пытались его продать, но не сильно торопились, потому снижали цену очень медленно. Я бродила по этому дому, пытаясь представить как мы в нем поместимся. Я даже почти представила, но решила, что не буду ничего решать пока не посмотрю тот дом.

Каждый день я звонила в агентство и пыталась выяснить утвержден ли мой просмотр, который, теоретически, должен был состояться в среду. Но всякий раз получала один и тот же ответ: пока нет, пока у нас не получается связаться с хозяевами.

Он стоил ровно столько же, сколько дом мечты и тоже, судя по картинкам, был практически мечтой. Дом в викторианском стиле -- узкий фасад, длинная гостиная, дополнительное здание сзади, присутствующее во всех домах, построенных в этом стиле -- скорее в длину, нежели в ширину, -- вмещало в себя длинную и достаточно просторную кухню. На втором этаже было три спальни: одна большая, располагающаяся поперек, во всю ширину фасада, позади еще одна, поменьше, и в заднем крыле, над кухней, еще одна спальня и большая ванная. Там был уже перестроен чердак, была построена люкарна, в которой располагалась хозяйская спальня с прилегающей к ней душевой и туалетом. Но там можно было построить еще одну -- как раз на крыше второго здания. И тогда получалось, что у нас будет, ура, еще одна, столь необходимая нам комната. Судя по фотографиям, дом был в хорошем состоянии, мне не хотелось там ничего менять, хотелось только посмотреть и, кажется, сразу же переехать. Он был относительно далеко от школы, в которую сейчас ходит чадо, но близко к той, другой, прекрасной школе. Чадо всё равно через год пойдет в другую школу, -- убеждала я Ыкла, -- а дитя отдадим уже в эту. План казался прекрасным.

Но нам надо было обсудить еще одну сколь важную, столь щекотливую вещь -- сколько и на что мы будем занимать.

-- Ты пойми, -- объясняла я ему, -- на эту сумму с нас хотят почти тринадцать процентов, три из которых надо всё равно занимать. Но это же безумие -- лучше занять пять, так как тогда процент будет значительно, значительно лучше! -- он был не просто лучше, он был прекрасным, больше, чем на процент ниже того, который нам предлагали сейчас. Это я знала совершенно точно, так как уже поговорила с брокером, попросила его всё выяснить и, к тому времени, он уже прислал мне все выкладки.
-- Я не знаю, -- мрачнел Ыкл всё больше и больше, -- я не знаю. Я понимаю что ты говоришь, и ты, наверное, права, но мне очень не хочется занимать на начальный взнос. Очень.
-- Да почему? -- удивлялась я, -- какая разница?
-- Потому, -- мрачнел он всё больше и больше, -- что если мы строим люкарну, то, как ты правильно говорила, цена на дом вырастет, а когда придет время, через два года, делать пере-расчет, мы возьмем еще одну ипотеку и всё вернем. А так, -- он отворачивался, смотрел куда-то вбок, -- я вообще не понимаю сколько времени нам придется всё это возвращать.

По моим подсчетам нам было надо занять не пять процентов, а около восьми -- на налог, на адвоката, на брокера, на переезд. Я всё считала и считала -- он попросил назвать точную сумму, как можно точнее. Мы обсуждали без перерыва.

-- Я не знаю, -- повторял он раз за разом, -- это была моя идея, я знаю, но сейчас я не знаю. Совсем не знаю.
-- Хорошо, -- соглашалась я, -- давай ты подумаешь и скажешь, так как иначе я не вижу никакого смысла идти и смотреть этот дом.

Он думал пару дней, после предложил пойти и посмотреть, несмотря на всё это. Пусть сначала я буду точно знать, что это такой дом, какой мы на самом деле хотим.

Я звонила в агентство каждый день, но ответа всё не было. Они позвонили во вторник и сообщили, что просмотр на среду отменяется, но они постараются назначить мне просмотр на другой день -- так, чтобы мне было удобно. Я терпеливо ждала. Они позвонили в пятницу и радостно сообщили, что можно прийти завтра, в субботу, и посмотреть дом.

-- Ничего не понимаю, -- взвыла я, -- мы же именно с этого начали! Именно с того, что я никак, совершенно никак, не могу назначить просмотр на субботу. Вообще никак.
-- Я поняла, -- сказала мне агент, с которой я до этого ни разу не говорила. Я всякий раз говорила с разными агентами и мне казалось, что я схожу с ума, -- я сейчас перезвоню.

Она перезвонила через час.

-- Вы можете в субботу хоть в какое-то время? -- деловито спросила она.
-- Хм, -- задумалась я и начала считать. Они вернутся около шести тридцати, я как раз закончу кормить, если я вызову такси и полечу что есть мочи, то, -- я могу прийти в семь вечера, -- быстро ответила я.
-- Хорошо, -- согласилась агент, -- я сейчас поговорю с хозяевами и вам перезвоню.

Она перезвонила через час и мне назначили просмотр. В субботу они уехали в гимназию, я сидела дома, работала, занималась детьми, когда вдруг позвонил Ыкл.

-- Слушай, -- начал он недовольно, -- я вдруг понял, что ты назначила просмотр на сегодня.
-- Да, -- подтвердила я, -- а что?
-- Сегодня же вечер песаха, мы же собирались отмечать! -- он сердился, он очень сердился, -- отмени просмотр!
-- Ни за что, -- ласково, но твердо сказала я и быстро заговорила, -- ну послушай, я пулей слетаю, просто пулей, я на такси туда и обратно, я даже его отпускать не буду, но скажу ему, чтобы он меня там терпеливо ждал. Вы даже начать не успеете, как я уже вернусь. Послушай, -- продолжала я сквозь его обиженное молчание, -- я пыталась назначить этот просмотр почти неделю, я никак, совершенно никак не могу его отменить!
-- Тебе просмотр дороже нас? -- он звучал невероятно обиженным.
-- Ну слушай, -- уговаривала его я, -- не говори глупости, я действительно очень и очень быстро вернусь. Вы и заметить не успеете. Вы разложите всю еду на тарелки, начните, а я тут и прилечу, ты увидишь.

Он согласился, но крайне неохотно. Я закончила кормить, заказала такси и вылетела из дома. Если они дадут мне возможность посмотреть чуть раньше, думала я, я успею вернуться так, чтобы успеть отпраздновать со всеми. Я наказала таксисту меня подождать и побежала к дому.

Небольшая и тихая улица, слышно птичье пение. Напротив растут деревья и только где-то вдалеке снова начинается ряд домов. Аккуратные, красивые, похожие друг на друга словно близнецы, дома. Мне там всё сразу очень понравилось. Я подошла к двери и позвонила. Я терпеливо ждала пока мне откроют, а пока осматривала небольшой палисадник и дом. Тут нет сеней, думала я, это, конечно, жаль. Но я уже знала сколько стоит построить сени и потому мысленно записала это в главу будущих расходов. Если всё остальное будет так, как на картинках, думала я, то, помимо люкарны, это будет единственное, что надо будет сделать. Еще, конечно, продолжала думать я, когда-нибудь потом можно будет построить застекленную террасу -- вот тогда вообще будет прекрасно. Дверь отворилась, за ней стоял приятный молодой господин.

-- Подождите, пожалуйста, еще ровно четыре минуты, -- сказал он мне. Я не видела его лица, он был в маске, но мне казалось, что он улыбается, -- мы сейчас закончим ужинать, жена с детьми и собакой уйдут, -- он замялся, -- коронавирус, нельзя больше двух человек в доме, и я вас сразу пущу. Хорошо? -- я кивнула и продолжила ждать. Ничего, думала я, сейчас всё быстро посмотрю и успею к празднику.

Через несколько минут из дома вышла женщина с двумя детьми, на поводке они вели небольшую собаку.

Хозяин дождался пока они затворят за собой калитку, распахнул дверь и пригласил войти.

-- С чего начнем просмотр? -- сказал он, потирая руки.
-- Если можно, - вежливо начала я, -- с распределительного щита.
-- С распределительного щита? -- его брови поползли вверх, он казался несказанно удивленным, но подошел к шкафчику под лестницей, отворил дверцу и пропустил меня, -- там, в глубине, не знаю сумеете вы увидеть или нет, -- я попыталась рассмотреть щит в глубине темного шкафчика, но у меня никак не получалось. Я всё пыталась понять как же его рассмотреть, когда он снова заговорил, -- вы спрашивайте, я на всё отвечу.
-- Я хотела узнать, -- честно призналась я, -- в каком состоянии проводка.
-- Только? -- рассмеялся он, -- в хорошем состоянии, в очень хорошем. Мы построили люкарну всего пять лет назад и тогда поменяли всю проводку в доме. Нам сказали, что когда строишь, лучше уже всё поменять, чем там будет новая, а в остальном доме не пойми какая, -- он снова рассмеялся, -- вот мы и поменяли. У нас, -- добавил он, -- все сертификаты есть. И на электричество, -- начал он, -- и на газ, и на бойлер. Мы, -- продолжал он серьезно, -- перед тем, как выставить дом на продажу, проверили чего не хватает и вызвали всех необходимых инспекторов.

Он мне нравился всё больше и больше. В доме было хорошо. В нем было очень уютно. Я зашла в длинную, относительно узкую гостиную, и начала мерить ее шагами.

-- Пытаетесь поместиться? -- он рассмеялся в очередной раз.
-- Да, -- честно призналась я, -- это, наверное, глупо выглядит, -- мне было неловко, -- но мне надо понять.
-- Ничего не глупо, -- замотал он головой, -- я точно так же делаю!

Он открывал шкафчики, показывая мне их изнутри и всё извинялся

-- Тут у нас книги и сюда же я складываю весь свой хлам, особенно перед просмотрами, -- шкаф был заполнен книгами, поверх которых лежали провода, мышки и прочие компьютерные принадлежности. Он перехватил мой взгляд, -- я программист, -- виновато сообщил мне он, -- потому столько проводов. Жена ругается, но они мне все нужны, -- он мне нравился всё больше и больше.

Я закончила осмотр гостиной, убедившись в том, что туда, если постараться, встанут и шкафы и мой стол. Она была значительно меньше нашей и меньше той, которая была в доме мечты, но она была очень уютная. В ней было тепло и хотелось там остаться. Мы пошли на кухню. Длинная большая кухня, посреди которой стоял обеденный стол, напоминающий наш. Ура, подумала я, наш сюда тоже поместится. Он отворял и затворял дверцы шкафчиков, показывал мне судомойку и плиту. После позвал за собой в коридор, обратно, где оказался еще один шкаф, как же я его не заметила? За дверью стояли стиральная и сушильная машины -- одна над другой. Мы вернулись на кухню, я посмотрела на прекрасный большой холодильник.

-- А вы будете забирать холодильник? -- обернулась я к нему.
-- Не знаю, -- растерялся он, -- а он вам нужен? Вы знаете, -- он не дождался моего ответа, -- мы об этом, думаю, потом договоримся.

Мы продолжили осмотр. Поднялись на второй этаж. Самая большая спальня действительно была большой -- сюда, радостно подумала я, -- все три девочки поместятся. Мы зашли во вторую спальню: она была чуть поменьше, но тоже хорошего размера -- будет гостевой, тут же решила я. Он показал мне большую просторную ванную, после мы зашли в самую маленькую спальню на этом этаже. В ней стояла двухэтажная кровать, по обеим стенам стояли небольшие письменные столы с настольными лампами.

-- Тут наши хулиганы обитают, -- очень гордо, выпятив грудь, сообщил мне он, -- вредные, но очень хорошие.

Мы поднялись дальше, в переделанный чердак. Я смотрела на стену и всё думала как здесь будет если пристроить еще одну люкарну. Он словно угадал мои мысли.

-- Здесь можно построить еще одну люкарну, -- он встал на ступеньки и начал объяснять, -- я уже говорил с архитектором. Вот здесь будет лестница вниз, буквально две ступеньки.
-- Вниз? -- удивилась я.
-- Да-да, именно вниз, чтобы совпадало по уровням. И дальше небольшой коридор, ведущий к дополнительной спальне. Мы сами планировали, но теперь мы хотим переехать поближе к школе старшего и поэтому решили продать. А когда уже решили, -- добавил он, -- тогда, конечно, отменили все строительные планы.

Я стояла в спальне и осматривалась. У окна стоял стол, на котором стоял огромный монитор, под столом клубком змей извивались провода. Рядом стояла небольшая этажерка, доверху заполненная книгами о программировании. Был небольшой, совсем небольшой платяной шкаф и я записала себе, что нам надо будет, конечно, купить еще один, большой, очень большой, настолько большой, насколько сюда поместится. Еще, думала я, надо бы построить туалет внизу, под лестницей, но это не очень дорого, я уже всё выяснила. Не для этого дома, но для какого-то из этой, казалось бесконечной, череды. В объявлении было указано, что они хотят цену между одной и другой. Нижняя цена была нашей верхней границей. Тут не принято обсуждать цены с хозяевами, но с ним было так легко, мне так нравился этот дом, что я решилась.

-- А сколько бы вы хотели получить за этот дом? -- задыхаясь от неловкости спросила я и быстро добавила, -- просто в объявлении сказано отсюда и досюда.
-- Ну, -- он задумался, -- нам бы хотелось где-то посередине, если совсем честно, -- ему было так же неловко, как и мне.
-- У нас столько нет, -- честно призналась я, -- я могу сделать предложение на, -- я назвала цену на чуть меньше процента выше нижней границы, -- больше, я вам честно признаюсь, мы не можем. Если, -- торопливо добавила я, -- вас это совсем не устраивает, вы скажите, я тогда не буду делать предложение.
-- Ну, -- задумался он, -- нет, так не пойдет. Делайте, конечно, предложение, звоните в агентство, а после разберемся. У нас есть еще одна пара, которая хочет купить, они уже назначили третий просмотр. Но вы, -- добавил он, -- всё равно сделайте предложение.

Мы начали спускаться вниз, обсуждая его работу, мою работу, состояние школ. Мы просто беседовали. Я вышла из дома и столкнулась с женой, детьми и собакой -- они возвращались с прогулки. Собака бросилась ко мне, начала облизывать руки и бросаться на колени. Я чесала ее за ушами, я смеялась, женщина, смеясь и неловко извиняясь, пыталась ее оттащить, но собака не отходила и только подставляла и подставляла голову под мои руки, требуя почесать.

-- Вы волшебница, -- воскликнули они в один голос, -- она никогда никого, кроме нас и детей, не признает. Что вы с ней сделали?

Они смеялись, а я продолжала гладить собаку и чесать за ушами. Я была счастлива. Я нашла нам дом.

Таксист терпеливо ждал, я запрыгнула на переднее сиденье, мы ехали домой, а я всё думала о том, как сейчас всем скажу, что нашла нам дом. Это был первый дом, после дома мечты, который мне действительно нравился. Я приехала домой и побежала к столу. Праздник был в самом разгаре -- уже стояла тарелка с картошкой, яйцом, мацой, куриными крыльями, салатными листьями. Ыкл даже сделал харойсес -- сладкую смесь из тертых яблок, орехов, вина и корицы, имитирующую глину. Я села за стол, я начала возбужденно рассказывать. Я всё рассказывала и рассказывала и мне казалось, что я не могу остановиться. Это был изумительный дом, это был наш дом, только наш.

Я не могла дождаться наступления понедельника. Мы договорились о том, что я предложу ровно столько, сколько сказала ему. Мы еще несколько раз обсудили сколько нам придется занимать. Ему было плохо, он не хотел об этом думать, но я летала, просто летала -- мы разберемся, точно тебе говорю, разберемся. Я спросила у него несколько раз делать ли мне предложение, хорошо ли он подумал. Всякий раз он, хоть и морщился, но соглашался.

Наконец, наступил долгожданный понедельник. Я позвонила ровно в девять утра.

-- Мы хотим сделать предложение, -- я старалась сдерживаться, но у меня плохо получалось, мне хотелось петь и плясать. У нас всё получится, точно получится.

Агент записал мое предложение и обещал перезвонить после того, как передаст его хозяевам. Я прибежала к Ыклу взбудораженная -- ну всё, процесс пошел. Он молча кивнул, но не отреагировал. Агент перезвонил через час.

-- Хозяин готов вам продать за, -- он назвал сумму меньше той, которую называл мне тогда хозяин, но выше предложенной мной на два процента. Мне надо было подумать, -- но я думаю, -- быстро добавил агент, что если вы встретитесь посередине, то всё будет нормально.

-- Поднимать? -- прибежала я к Ыклу.
-- Что? -- он растерянно оторвался от работы.
-- Поднимать? Они предлагают встретиться посередине между тем, что мы предложили и, -- я назвала сумму, на которой агент предлагал встретиться. Это превышало то, что мы себе постановили почти на два процента.
-- Подними, наверное, -- задумчиво пробормотал Ыкл.

Я долго думала прежде, чем звонить. После долгого обдумывания, я позвонила и предложила больше, но не посередине. У нас столько не было. Никак не было. Агент заверил меня, что позвонит хозяевам и как только будет ответ, он мне сразу перезвонит.

Наступило время ужина, агент не перезвонил и было ясно, что сегодня уже не перезвонит. Надо было терпеливо дождаться вторника. Я уже столько всего ждала, что научилась ждать. Нет, я всё еще очень нервничала, но я была готова ждать до завтра. Я пришла посидеть с ними за ужином, чадо еще не спустилась, Ыкл кормил дитя.

-- Ты просила меня подумать, -- глухо сказал он, -- я подумал. Прости, я действительно подумал. Я не могу, никак не могу занимать такое количество денег. Я не смогу ни пить, ни есть, -- он начал распаляться, -- у меня все эти сыры в горле застрянут. Если мы на это пойдем, я предупреждаю тебя заранее, что, во-первых, я отказываюсь от всех сыров, вообще от всего, от чего я только могу оказаться. Ты как хочешь, а я перехожу на хлеб и воду, пока мы не вернем всё до копейки. Во-вторых, -- распалялся он всё сильнее, -- я тебя предупреждаю заранее, что, пока мы не вернем всё, совершенно всё, тебе придется терпеть все мои приступы ярости, все мои бубнения, вообще всё. А у меня это всё будет. Я не могу, не могу, -- повторял он раз за разом.
-- Но я же уже сделала предложение, -- у меня пересохло во рту и потемнело в глазах. И дело было совсем не в том, купим мы этот дом или нет, но мне было невероятно стыдно, так стыдно, как, кажется, не было никогда. Я уже сделала предложение, я уже повысила собственное предложение, он на всё это согласился, что всё это значит, как я теперь буду звонить агенту?! Что я буду говорить? Мне партнер запрещает покупать дом?! Что я ему скажу?! Боже, что происходит, что вообще происходит?! Может, я сплю?!
-- Я знаю, -- глухо отвечал он, -- я знаю.

Он встал из-за стола, чтобы пойти на кухню за очередными фруктами, я сидела словно приклеенная и не могла понять что происходит.

-- Я, -- начала я металлическим голосом, -- в таком случае, больше палец о палец не ударю на тему покупки дома. Вообще. Никогда. Больше я в этом проекте участвовать не буду. Ты хочешь, ты покупай, делай, что хочешь, меня больше, -- у меня даже не дрожал голос, мне не хотелось плакать, мне хотелось только рвать и метать, -- нет.

Я встала из-за стола, развернулась и ушла к компьютеру. Они ели ужин, чадо спрашивала почему с нами не сидит мама, я слышала как он тихо ответил: мама очень на меня сердится. Мне казалось, что если он скажет еще хоть одно слово, если я еще раз услышу его голос, я взорвусь.

Он уложил детей, всё ходил вокруг, вдруг подошел, встал где-то сбоку и поник.

-- Я виноват, -- он говорил очень тихо, -- я очень, очень виноват перед тобой. Я не уверен в том, что ты сможешь меня простить, -- я молчала и не реагировала, -- просто в одном из разговоров ты сказала фразу, которая всколыхнула очень неприятные воспоминания, -- он замолчал. Мне не хотелось знать что я сказала, меня не интересовало какие воспоминания всколыхнулись, меня ничего, вообще ничего не интересовало.
-- Мне наплевать, -- бросила я, не оборачиваясь, -- мне совершенно наплевать.

Я плакала целый вечер и всю ночь. Я замолчала, он же знал, что подходить ко мне в таком состоянии совершенно бесполезно.

Во вторник утром я позвонила в агентство.

-- Я прошу прощения, -- начала я дрожащим голосом, я успокоилась только на две минуты, мне надо было выдержать всего две минуты, всего две, а потом у меня был целый час перед лекцией, его можно, почти полностью, потратить на слезы, -- мы вчера получили новости, исходя из которых у нас нет никакого выбора, кроме как отозвать наше предложение. Поверьте, -- бормотала я, сгорая от стыда, -- если бы мы могли, мы бы обязательно его купили, это прекрасный, совершенно прекрасный дом. Но на данный момент, мы никак не можем. Я даже не хочу знать, -- добавила я быстро, -- принял ли он наше предложение, не говорите мне, пожалуйста. Только если можно, -- я изо всех сил старалась не плакать, -- передайте им, что у них прекрасный дом, они прекрасные люди и что я очень сожалею, что морочила им голову.
-- Не волнуйтесь, -- спокойно сказал агент, -- у нас есть еще предложения на этот дом.
Tags: жизнь, как мы покупали дом, я
Subscribe

  • (no subject)

    Я не люблю овсяные печенья. У них вкус овсянки. Удивительно, не правда ли -- у овсяных печений вкус овсянки. Однако те овсяные печенья, которые печет…

  • Хроники коронавируса, начало очередного выхода

    Удивителен выход из карантина. Если начало карантина можно было легко предугадать по исчезновению туалетной бумаги, то выход из оного оказалось…

  • Разговорчики в строю!

    Мы послали Л. небольшое видео, запечатлевшее наш обед. Во время обеда дитя раз за разом настойчиво просила объяснить ей еще и еще что нарисовано на…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 102 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

  • (no subject)

    Я не люблю овсяные печенья. У них вкус овсянки. Удивительно, не правда ли -- у овсяных печений вкус овсянки. Однако те овсяные печенья, которые печет…

  • Хроники коронавируса, начало очередного выхода

    Удивителен выход из карантина. Если начало карантина можно было легко предугадать по исчезновению туалетной бумаги, то выход из оного оказалось…

  • Разговорчики в строю!

    Мы послали Л. небольшое видео, запечатлевшее наш обед. Во время обеда дитя раз за разом настойчиво просила объяснить ей еще и еще что нарисовано на…