Category: дети

Category was added automatically. Read all entries about "дети".

работа мысли

Несколько задачек

Оставлю-ка я пока эту запись на самом верху - мне кажется, многим будет интересно подумать.

1) На столе три коробки с шарами. В одной коробке все шары чёрные, во второй все белые, в третьей смешанные (белые и чёрные). На каждой из коробок этикетка, указывающая на то, какие шары в ней лежат. Этикетки снимают и помещают их заново таким образом, что ни одна не оказалась на нужном месте. Ставится задача - вытащив всего один шар из коробки, точно определить в какой коробке какие шары. (позволяется вытащить только один шар)

2) Король организует бал во дворце. Во дворце есть большой коридор и два зала в конце. Каждому заходящему гостю на голову надевается шляпа - либо красного, либо синего цвета. Гости могут видеть все шляпы, кроме собственной. (Всё до захода в залы - в коридоре). После этого гости должны пройти либо в зал A, либо в зал B. Бал состоится только в том случае, если в каждом из залов все шляпы находящихся там, будут одного и того же цвета. После захода в коридор всякая коммуникация между гостями запрещена. О какой стратегии они должны договориться до захода в коридор, чтобы бал состоялся?
Примечание - Добавлю, а то многие понимают неверно - шляпы надевают на всех одновременно, допустим, всем раздают листики на которых они, по секрету от остальных, пишут в какой зал они хотели бы пойти. После этого все листики собирают и смотрят - если два человека с разным цветом шляп изъявили желание идти в один и тот же зал, бал отменяется. Гости могут только смотреть друг на друга и писать на листике свой вариант - никто не может и не должен никуда выстраиваться и как-либо контактировать с остальными, кроме как смотреть на них - никаких подмигиваний тоже, естественно, быть не может.
Collapse )
Комментарии до поры до времени скрываю, отвечать буду потом - кому сильно не терпится, скажите.
хм...

(no subject)

Купила две пары домашних штанов. Красивых, конечно, дизайнерских, до безобразия дешевых, потому как детские. Как-то в детстве начиталась о том, как женщины ходят дома в засаленных халатах, в бигудях (что плохого в бигудях до сих пор не понимаю) и дала себе обещание никогда так не делать. Если этот год чему и научил, так это тому, что это было одно из самых правильных жизненных решений. Вся жизнь дома, если всё время в халате, однажды проснешься и вообще забудешь как когда-то выглядел и выглядел ли вообще. Вот халат, вот бигуди, вот тапочки -- на, бери, уноси сколько сможешь. Все мои прекрасные домашние штаны за время карантина немного обветшали, посему было принято решение купить новые. Я долго искала на любимых детских сайтах, всё выбирала, любовалась, примеряла мысленно то так, то эдак, всё пыталась понять буду ли я в них такой красивой, как мне хочется. Наконец нашлись две прекрасные пары: одни -- воплощение лета, будущих надежд и сплошной антидепрессант: белый фон, на котором порхают огромные разноцветные бабочки. Окантовка одной штанины зеленая, второй -- голубая. Не домашние штаны, а произведение искусства. Я, конечно, сразу решила их купить, но продолжала искать еще, не забывая о том, что мне нужна еще одна пара. Достаточно скоро я их нашла -- розовые, усыпанные крупными красными сердечками, которые (если откровенно) больше напоминают птичек из детских рисунков -- тех самых, которые открытый треугольник с вогнутыми сторонами. Летают себе по розовому небу и кричат что есть мочи -- бери нас, скорее бери, смотри какие мы прекрасные.
Collapse )
хм...

Дни мая; проявления любви, старшие-младшие

Из католической школы выбегают старшеклассники. Все в форме: на девочках синие приталенные жакеты с бело-красно-синей школьной эмблемой, синие плиссированные юбки на ладонь выше колена, небесно голубые рубашки и галстуки до пупа с красно-бело-синими диагональными полосами. У мальчиков форма похожа, только вместо юбок брюки строгого покроя. Они когда-нибудь будут банкирами, думаю я, непринужденно сменят строгие школьные костюмы на строгие рабочие костюмы и, наверное, не почувствуют разницы. Я пытаюсь представить себя в таком костюме и прыскаю в кулак -- чтобы не было заметно. Одна из девочек выдается в шумной толпе -- высокая для своих лет, почти с меня ростом, тяжелая копна светлых волос аж до самой талии, она громко хохочет и выглядит заводилой. Девочки идут шумной стайкой сами по себе, мальчики впереди -- не пристало пока им ходить вместе, вот еще. Светит яркое солнце, теплый майский день.

Я и девица пытаемся обойти их по правому флангу, мы торопимся забрать чадо из школы.
Collapse )
хм...

Дни мая, день рождения чада

Дорогие анонимные комментаторы -- все те, кто никак не может сдержаться и не сказать гадость. У меня для всех вас одно пожелание: чтобы вы все видели меня одним глазом, а я вас на одной ноге.

Завтра день рождения чада, но я не смогу завтра ничего писать, а тем временем, она старательно интересуется будут ли ее поздравлять в моем жж. Я обещала передать все поздравления и даже, если получится, дать ей их самой прочитать. У чада огромная дата -- целых десять лет! Десять лет я исправно пишу о ней и ее проделках, десять лет. И это, конечно, к сожалению, значит, что и я стала старше на целых десять лет, но я, к счастью, этого совсем не чувствую. Я ей обязательно передам все поздравления, но, естественно, завтра, только завтра. А пока -- про чадо и ее страстные желания.
Collapse )
хм...

Дни мая

На детской площадке резвятся мама, папа и двухлетний (на вид) ребенок. Спортивная мама -- в плотных облегающих лосинах, демонстрирующих прекрасные формы, в спортивной толстовке, в легких кроссовках -- не мама, а живая демонстрация лозунга занимайтесь спортом каждый день и будете выглядеть почти так же прекрасно, как я. Возвышающийся над ней папа -- двухдневная щетина, темные очки, шорты, футболка -- его лозунг: нам, папам, всё равно, мы тут вышли выполнить программу, называющуюся отмучайся полчаса на детской площадке, а после можно вздохнуть и вернуться к нормальной жизни. Мама бегает за ребенком, в руках ее кусочек морковки, она бегает и уговаривает: открой рот, скажи ам! Ребенок смеется и убегает, прячется то под качелями, то под горкой, но в какой-то момент натыкается на громаду папы, преградившую ему путь к побегу. Папа весело хватает ребенка и кричит: иди скорее сюда, скорее, я его поймал! Довольная спортивная мама подбегает, протягивает к папиному рту морковку: скажи ам! Морковка пропадает -- падает куда-то, что скрыто между намечающимися усами и бородой. Ой, -- восклицает мама, -- я перепутала, это не тебе, отдай морковку, это ребенку! Папа задумывается на секунду и, продолжая держать ребенка одной рукой, подносит ко рту вторую. Он явно намеревается выплюнуть морковку. Он уже поднес руку ко рту, он уже почти вернул морковку, как мама, смущенно оглядываясь по сторонам, шипит: что ты делаешь, ты сошел с ума?! не выплевывай, тут люди кругом! Папа замирает в необычной позе -- одной рукой всё продолжает держать ребенка, вторую же не отводит ото рта. Смотрит мгновение и аккуратно, словно боясь повредить целостность морковки, спрашивает, говоря практически по слогам: скажи точно что мне делать -- выплюнуть или съесть? Мама вздыхает -- ешь уже, раз так повезло!
Collapse )
хм...

Дитя и еда, часть шестая

Я не могла отделаться от мысли, что сержусь на дитя, очень сержусь, словно она назло, исключительно из упрямства всё это делает. Я гнала эти крамольные мысли, но они возвращались, мне было стыдно, мне было очень стыдно, я их гнала и гнала, но они упрямо возвращались. Я не понимала что происходит, не понимала что значит повышенная чувствительность, но я точно знала: для того, чтобы перестать сердиться, мне необходимо это понять. На одной из бесед я попросила консультанта объяснить мне, если можно как можно более наглядно, что это вообще значит. Консультант задумалась на мгновение, после улыбнулась.
Collapse )
хм...

Дитя и еда, часть вторая

Кормление из бутылки (грудным молоком) придумала я когда родилась чадо. Я рассуждала так: в первое время, особенно в первые два-три месяца, контакт новорожденного с отцом стремится к нулю. Основные занятия маленького чудища -- есть, спать и сообщать о том, что всё плохо, очень плохо. Потому, кроме как успокоить, у отца нет практически никаких функций и, соответственно, нет нормальной связи с ребенком. Я считала, что это неправильно, что и у отца должна быть связь с самого начала, а поскольку лучшей связью является кормление, я решила, что будет одно кормление без меня: вот пусть он сидит и кормит, обеспечивая себе эмоциональную связь, а мне полчаса покоя. С чадом мой план работал как часы. Я вручала Ыклу бутылку, удалялась из комнаты, он же, объясняя ей в деталях что происходит сейчас и что будет дальше, кормил ее не хуже любой заправской матери. Все были счастливы.
Collapse )
хм...

Дитя и еда, часть первая

Дитя родилась сколь прекрасной, столь строптивой; куда там Катарине -- она просто дитя малое в сравнении с истинной дитятей. Еще в утробе дитя демонстрировала силу и несгибаемость характера, удивляя всех врачей -- к примеру, в то время, когда все хорошие и послушные дети уже давно лежат головой вниз, собираясь вылетать со скоростью пули, дитя решила, что этот сценарий ей категорически не по душе и развернулась в другую сторону. Она твердо сообщала, что ей и там хорошо, и никуда, совершенно никуда, она из этого теплого убежища выходить не собирается. Хм, -- мотал головой врач, разглядывая неправильно развернувшуюся дитя, -- нет, так бывает, конечно, -- он всё смотрел и смотрел, вдруг решительно посмотрел на меня, -- мы ее сейчас развернем и всё будет прекрасно. Я вам гарантирую, -- успокаивал он меня, -- больше она не перевернется. Он развернул еще не родившуюся дитя на сто восемьдесят градусов, похлопал меня по животу, погрозил ему пальцем: лежи и не хулигань! и велел возвращаться через неделю. Но когда я вернулась -- полностью готовая к появлению дитяти на свет -- врач, охая и качая головой, сообщил мне, аккуратно щупая мой живот, что дитя опять перевернулась. Как перевернулась? -- ошалело посмотрела я на него, -- вы же говорили, что она ни за что, никогда, ни при каких условиях не перевернется! Я сердилась -- мне дали гарантию, которая и недели не продержалась, как им после этого верить? Я чувствовала какой-то подвох, но никак не могла понять в чем он заключается.
Collapse )
хм...

Разговорчики в строю!

Мы послали Л. небольшое видео, запечатлевшее наш обед. Во время обеда дитя раз за разом настойчиво просила объяснить ей еще и еще что нарисовано на чашке.

-- Слушайте, -- хохочет Л., -- я понимаю, что у вас гениальные дети, но мне кажется немного рановато объяснять ей в таких подробностях об этой, как ее, -- она запинается и произносит почти по слогам, -- гиперболической решетке. Ей бы чего попроще -- собака гав-гав, кошка мяу-мяу, понимаете?

За ужином дитя опять настойчиво просит объяснить что нарисовано на чашке.
Collapse )
хм...

Как мы пытались купить дом -- часть девятнадцатая, предпоследняя

Я бесновалась два дня. Я плакала без перерыва, я не могла успокоиться. Я оплакивала свои усилия, я оплакивала несбывшийся дом, я оплакивала всё на свете, но больше всего я не оплакивала ничего, но из меня выходило всё то, что столько времени копилось, что столько времени мной сдерживалось. Я не давала себе ни минуты поблажки почти полгода, и сейчас, когда я поняла, что всё кончилось, я разрешила себе всё, что угодно.

Я очень редко жалуюсь, еще реже я жалуюсь на него -- это наше внутреннее, мы сами разберемся, а если не разберемся, то тогда закончим всё это к чертовой матери, тоже бывает, не мы первые и уж точно не мы последние. Так бывает у многих, но для чего выносить, как можно рассказать, что человек, которого я сама выбрала, который еще вчера был самым прекрасным, самым ласковым, самым хорошим, несмотря на ссоры, несмотря на ворчание, несмотря на дурацкий характер (знала, что покупала, чего теперь-то) -- вдруг стал плохим. Это была не первая ссора, это даже не было первой сильной ссорой, это была вообще не ссора. Чего тут ссориться -- ему плохо, но он не может. Это же не назло. Но ничего из этого я на тот момент не понимала и не хотела понимать. Я понимала одно -- я его ненавижу, не-на-ви-жу. Ненавижу так, что перехватывает в горле, ненавижу так, что не могу дышать, ненавижу так, что когда слышу голос, у меня подкатывает к самому горлу что-то такое, что просится наружу, и то, что я, несмотря ни на что, старательно сдерживаю. Я не могла сказать ему ничего из этого, я вообще не могла сказать ему ничего. Он перестал быть моим, он перестал быть кем-то, я не понимала кто он такой и за что мне это всё. Мне было неимоверно жалко себя, так жалко, что когда я в очередной раз только начинала об этом думать, слезы текли ручьем и не хотели останавливаться.
Collapse )